Читаем Разреши тебя любить полностью

— Они возвращаются завтра.

Мне всегда было интересно, чувствует ли человек боль перед смертью, когда ему стреляют прямо в сердце. Вот сейчас я нашла ответ на свой вопрос. Да, чувствует. Очень больно. Слова Антона, будто пуля, впиваются в самое сердце.

— Не говори никому где я, пожалуйста.

— Даже брату?

— Только ему.

— Ладно. Увидеться с ним хочешь? С Михой?

— Да.

— Я устрою. И, Насть…

— Что?

— Я сделаю все, чтобы Он не узнал, где ты. Не переживай.

— Спасибо. Пока.

— Пока.

Антон прощается и отключается, а я снова рассматриваю узор из мелких трещин на потолке. В голове шумно. Много мыслей, очень много. Они сейчас похожи на огромную толпу людей в метро. Толкаются, спотыкаются друг о друга, резко меняют направление…

Вот только среди этого хаоса из мыслей, отчетливо выделяется самая страшная и самая болезненная.

Он возвращается… К ней…

Яр

Просидев в Богом забытом месте еще двое суток после звонка Антону, мы, наконец, снимаемся с позиции и направляемся в точку эвакуации. Там нас ждет вертолет, который перекидывает нас на частную военную базу, а оттуда мы на грузовом самолете отправляемся на Родину.

После того, как я узнал о том, что Настя куда-то ушла, поговорил с Егором. Ну как поговорил, проорался, как черт сумасшедший, за что справедливо огреб кулаком по челюсти. Ибо нехер плевать на субординацию на боевом задании. Несмотря на “воспитательные” пиздюли, Егор связался с теми, кто нас должен был вытаскивать из этого пекла и сообщил, что через два дня мы отправимся домой.

Двое суток я маялся и не находил себе места. Гребаные сорок восемь часов тянулись так долго, выворачивая все мое нутро наизнанку от волнения. Я реально боялся, что причина, по которой ушла Настя, на самом деле представляет собой полный пиздец. Потому что моя девочка хоть и вспыльчивая натура, но чтобы просто уйти… Еще и в момент, когда я на операции по спасению ее брата… Это точно не в ее стиле. А, значит, там самая настоящая жопа. И мне это все нужно как-то разруливать. А как это сделать, если я понятия не имею, что за херня там произошла?!

Моя нервная система и так трещит по швам и тот факт, что по прилету на частную тренировочную базу уже в пределах нашей необъятной, мы не отправляемся домой. Мы вынуждены сидеть тут еще сутки для поддержания легенды о наших тренировках в экстремальных условиях. По словам командира, наши чины слабо поверили в притянутую за уши историю о наших тренировках и неоднократно наведывались с внезапным визитом на эту базу под предлогом проверки своих бойцов. Нас. Но вовремя предупрежденные друзья Егора рассказывали нашим генералам складные байки о том, как мы по болотам в полной боевой экипировке скачем да медведей распугиваем. Вроде, эти “сказки” всех устраивали. Либо все сделали вид, что так…

— Я сваливаю, — захожу в столовую и падаю на стул рядом с Егором. — У меня Настя пропала, я не могу тут больше отсиживаться, командир.

— Да понимаю я все, Яр, — Егор отодвигает от себя тарелку с рисом и каким-то подливом, смотрим на меня, понимая, что я испытываю. У него с Леркой тоже не сразу все гладко вышло и был момент, когда мы ее искали всем отрядом. Но там история совсем хреновая была. Надеюсь, что наша с Настей не будет похожа на их. — Через полтора часа вылетаем домой.

— Принято, — чеканю, едва сдерживая свое нетерпение. Мне бы вот прямо сейчас, но и полтора часа я в состоянии выдержать. Это не сутки, в конце концов. — Спасибо, Егор.

Поднимаюсь и молча покидаю столовую.

Полтора часа хожу из угла в угол, словно зверь в клетке, которого не пускают к его самке. Хорошо хоть Миху сразу отправили в городской военный госпиталь и его тут нет, а то бы он по-любому спрашивал о Насте, а мне, мало того, что ответить ему нечего, так и сам на нервяке весь. Не получилось бы у нас разговора нормального. Пришлось бы все рассказывать ему о нас, огребать от него сначала за то, что тронул его сестру, а потом и за то, что накосячил и она исчезла куда-то. Где теперь ее искать?! Но я найду! И по жопке своей она отхватит так, что мало не покажется!

Особо не улавливаю событий, что происходят вокруг. Я полностью погружен в себя и свои мысли. Не замечаю даже перелет. Прямо с аэродрома сваливаю, попросив какого-то парнишку-сержанта отвезти меня на нашу квартиру. Надо сначала проверить все там, потом уже думать куда она могла отправиться. Есть у меня пара идей, но нужно время, чтобы проверить. И обязательно вытрясти из Антона все, что он знает. А он что-то знает, гад! Иначе не стал бы он меня мудаком называть…

Заходя в квартиру, сразу понимаю, что Насти давно здесь нет. Холод и пустота, вот что я чувствую внутри, когда зайдя в спальню, в нашу с Настей спальню, в открытом шкафу вижу пустые полки там, где лежали вещи моей девочки.

Блядь! Да что могло произойти, пока меня не было-то?! Ведь во время видеозвонка и разговора Михи с Настей, она смотрела на меня так, словно я весь ее гребаный мир! Она же мне тогда сказала, что любит и скучает! Мне! Какого тогда хрена ее здесь нет?!

Со психом швыряю свой рюкзак в угол комнаты.