Читаем Разреши тебя любить полностью

— На кухне чай и печенье. Позавтракай и выдвигаемся, — говорит строго, отстраненно. Так и хочется крикнуть в его невозмутимое лицо: “Что, не ожидал, что тебя отошьет малолетка, которую ты послал несколько лет назад?!”, но я упорно молчу. Только киваю, проходя в кухню.

Через двадцать минут мы садимся в машину, которую пригнал какой-то проверенный человек Егора, Мишиного командира. В полной тишине трогаемся с места.

Три дня пути…

Замкнутое пространство…

Ярослав и я…

Боже, дай мне сил выдержать эту поездку!

Настя

Мы заезжаем в мой родной город к ночи третьего дня пути. Уставшие. Все тело ломит, мышцы затекли. Но мне, однозначно, гораздо легче, чем Яру, ведь у меня была возможность периодически лежать, растянувшись на заднем сиденье.

Вся поездка прошла в относительном спокойствии. За исключением одного… Хм… пикантного момента. Я умудрилась облапать Яра во сне! Кошмар! До сих пор не пойму, как такое могло произойти. Это была вторая ночь в пути. Мы вымотались и я пересела назад, чтобы немного поспать. Яр продолжал рулить. Точно помню, что засыпала я одна, а вот проснулась практически лежа на Ярославе. И это лишь полбеды! Моя рука мирно покоилась на его вздыбленном члене. Находясь на границе сна и яви, пытаясь понять как так вышло, что мужчина спит со мной, а главное, что это такое твердое упирается мне в ладонь, я еще и пожамкала эту твердость. Только потом, когда я услышала сдавленный стон Ярослава, поняла что я натворила. Отпрянула от него, будто обожглась. Но тот даже не проснулся. Продолжил спать, что-то тихо мурлыкая себе под нос и улыбаясь. За оставшееся время в пути, Яр ни разу не дал понять, что он в курсе моей маленькой “шалости”. Вот только его хитрый ухмыляющийся взгляд не дает мне покоя. Или я все же себя просто накручиваю?

Проезжая по знакомым улицам, понимаю, что соскучилась по своему городу. Не была тут год или около того. Вроде, и недолго отсутствовала, но тоска немного щемит сердце.

— Куда мы? — спрашиваю Ярослава, когда мы проезжаем нужный поворот.

— Ко мне, — невозмутимо.

— Но я не хочу! Вези меня ко мне. Я домой хочу.

— Насть, — тяжело вздыхает Яр. И, блин, я понимаю, что он устал! Понимаю, что я его достала и он уже на пределе. Но ехать к нему? Я не готова ступить на его территорию. — Слушай, у меня нет сил с тобой спорить сейчас. У тебя в голове твои тараканы явно голосуют против меня. Но если не хочешь добровольно, то у меня приказ от командира не везти тебя на твой адрес и не оставлять тебя одну. А выполнить оба пункта я могу только у себя дома. Поэтому разговор окончен, — говорит строго, но затем, видя мое замешательство и обиду за свой тон, добавляет уже чуть мягче: — Малыш, давай все споры и скандалы завтра, а? Я устал, ты устала. Поверь, ничего хорошего из нашего спора сейчас не выйдет. А вот завтра мы с тобой будем оба отдохнувшие и я с удовольствием предоставлю тебе свой мозг для орального прессинга.

— Морального…

— Что? — поворачивается ко мне и переспрашивает, хотя в глазах смешинки пляшут.

— Морального прессинга. Ты там… оговорился.

— Как знать… Оговорочка по Фрейду, — улыбается и подмигивает мне.

— Ладно, — сдаюсь. — Вези меня в свое логово разврата и порока.

— Фу! Что за мысли? — возмущается вполне искренне.

— А как называется место, куда ты водишь всех своих бесконечных баб? — черт, опять завожусь и начинаю огрызаться. Сильно меня задевает это. — Ты хоть дезинфекцию проводишь, после того, как выпроваживаешь очередную свою пассию?

— Чисто для информации, я не вожу к себе домой, как ты выразилась, своих пассий, — рычит на меня. — К твоему сведению, для подобных занятий есть другие места. Гостиницы, например…

— Или наша дача…

— Блядь! — взрывается Яр, резко сворачивает в “карман” и останавливает машину. С чувством бьет по рулю несколько раз. — Блядь, да не должна ты была этого увидеть! Не должна! — поворачивается и орет на меня.

— Не. Смей. На. Меня. Орать! — холодно и тихо чеканю слова. Сама же еле сдерживаюсь, чтобы не начать истерить.

— Настюш, — заключает мое лицо в свои большие и теплые ладони. В нос моментально бьет родной запах и хочется мурлыкать от такой мимолетной ласки. Прикрываю глаза, наслаждаюсь моментом, разумеется, делая вид, что мне все равно. Яр поглаживает мои скулы большими пальцами, чувствую на своих губах его горячее дыхание. — Родная, ну не мог я тогда… Не мог я с тобой… Понимаешь? И видеть ты этого всего не должна была. Мой косяк, признаю. Прости. Прости, малышка. Но сейчас ведь все по-другому, Насть.

— Да, Ярослав, — открываю глаза и отстраняюсь от него, вырываясь из захвата. — Ты прав, сейчас все по-другому. Сейчас мне все это неважно!

— Снова закрываешься и вредничаешь? — Яр осуждающе смотрит на меня. Затем заводит двигатель и трогается с места. — Ладно, попсихуй, пока. Все равно ты моя. Остальное — фигня. Прорвемся.