Читаем Разр полностью

— Того же, как у Шрайка поведения. — Она расстелила салфетку на коленях. — То есть, кроме тебя, он единственный встреченный мной падший, и он то, что я ожидала от падшего. Ты не кажешься таким испорченным.

— Я… не знаю, как на это ответить. — Он улыбнулся, его очарование давило на её эрогенные зоны. — Мне кажется, что я должен защитить себя и заверить, что я абсолютно испорчен. — Он начал пить, и Джедда, словно зачарованная, наблюдала, как он глотал воду, как двигался его кадык, как натягивалась кожа и напрягались мышцы. — Значит, — проговорил он, опустив бутылку, — ты уверяешь, что ты эльф.

— Да, эльф. — Она убрала волосы за заострённое ухо, не упуская то, как Разр легко сменил тему. Теперь же Джедда была очень заинтересована в том, как именно он испорчен.

Он криво ухмыльнулся.

— У многих демонов заострённые уши.

— Я не демон. — Какое оскорбление. Сколько ей ещё повторить, что она не демон? Она раздражённо потянулась за бутылкой воды, но опрокинула ее на мраморный держатель салфеток. Бутылка разбилась, разбрызгав пенистую воду повсюду.

— Проклятье. — Она потянулась за салфеткой, но снова поспешила и порезала руку об осколок. На стол брызнула кровь, и прежде чем она успела её стереть, крошечные изумруды, цитрины, лазуриты и другие самоцветы заменили капли.

— Это… интересно, — пробормотал Разр.

— Не особо, — прошипела Джедда, схватила камни, которые тут же исчезли в её ладони. — Я сейчас уберу…

— Погоди. — Он схватил её за запястье и притянул к себе руку. — Что только что произошло? — Он осторожно прижал салфетку к ране, которая уже заживала, но всё же ещё пара драгоценных камней выскочили. — Джедда, что это?

От его спокойного, мягкого, но уверенного голоса горло Джедды сдавило, а кровь вскипела. Эльфы-драгоценщики не раскрывают своих секретов. Если люди узнают о них правду, на них начинали охоту, чтобы добывать драгоценности из их тел. Джедда не знала Разра и не доверяла ему. Но всё же, что-то в душе подталкивало верить ему.

— Джедда? — подталкивал он. — Мне ты можешь рассказать.

— Нет, — отрезала она. — Не могу. — Алмазная пыль окружила её и распространилась на все поверхности кухни, словно слой первого снега.

— Ну, ладно. — Слабо кашлянув, Разр отпустил её, но удержал в ладони салфетку, развернув которую, выронил на стол пару сапфиров. — Я скажу, что это. Из твоих пор выделяется алмазная пыль, а вместо крови падают самоцветы, ты переживаешь, что я подвешу тебя и начну копить камни. Я прав?

Он попал в точку! Сукин сын. Она поняла, что лгать больше не было смысла, так что просто уставилась на то, как вода капала на пол.

— Мой вид… мы находим драгоценные камни не только для продажи. Ещё используем их как топливо. Из них сделаны наши тела, кости, мускулы, органы. Мы чувствуем самоцветы. Они производят гул, поэтому я настолько хороший геммолог.

Он выгнул брови.

— Тебе нужны разные виды самоцветов для выживания?

— Ты хочешь спросить, могу ли я выжить, исключительно, на рубинах? — Когда он кивнул, она ответила: — Каждый камень имеет различный химический и минеральный состав, и нашим телам нужны различные композиции этого. Например, для того, чтобы плакать и для защитного слоя кожи, мне нужны алмазы.

Протянув руку, он провел пальцем по её бицепсу, вызывая обжигающее покалывание.

— Защитный слой?

— Видишь, как при правильном свете, кожа сверкает? Это алмазная пыль. В шахтах я могу натолкнуться на опасные газы или непереносимый жар, но защитный слой всё поглощает, позволяя мне опускаться ниже и находиться там дольше, чем люди. Для хорошего зрения мне нужен топаз. Ну, и всё в таком духе. — Она указала на драгоценные камни, которые держала по всей квартире, многие из них изображали произведения искусства, некоторые просто лежали в стеклянных чашах, а другие валялись в ожидании, когда она превратит их в пыль. — Каждый камень излучает уникальную, дающую жизнь вибрацию. Мы не впитываем их все сразу, а окружаем себя ими. Их энергия — наше топливо.

Откинувшись на спинку стула, Разр, казалось, переваривал её слова.

— Их энергия бесконечна? Или тебе нужно заменять самоцветы, когда энергия испаряется?

Потянувшись к центру стола, Джедда повернула хрустальную тарелку, на которой лежали различные самоцветы, любуясь игрой их цвета.

— Камни, которыми мы окружаем себя, дают бесконечную, но слабую энергию. Для более сильной энергии и специальных способностей, мы должны поглотить самоцвет. Маленькие истощаются за несколько месяцев, и даже большие и сильные могут, если только мы не будем каждые лет десять возвращаться в наш мир и перезаряжаться. И ещё мы можем достигнуть предела.

— Предела?

Она кивнула.

— Я переполнена гематитом, и не могу впитать ещё один, пока не сломаю кость и понадобится исцеление.

— Даже если окажешься рядом?

— О, да. Некоторые самоцветы настолько сильны, что могут пагубно влиять, подобно наркотикам. — Она такое слишком часто видела. — Конечно, некоторые из нас не могут противостоять драгоценным камням. Мы их хотим, хотя знаем, что не стоит ими пользоваться. Иногда, мы их просто храним. По крайней мере, не психи их хранят.