Глава 11

Аксель

Она глубоко сглатывает, и я вижу страх и желание в ее глазах, когда она смотрит на меня. Ее ярко-голубые глаза горят, и я сомневаюсь, что она осознает что делает, когда высовывает язык и облизывает губы. Я рычу, не в силах больше сдерживаться, когда мои губы приникают к ее губам. И тут же демоны внутри меня затихают. Я знаю, что позже мне придется рассмотреть это поближе, но сейчас я наслаждаюсь тем фактом, что эта женщина укрощает пламя, потребность в боли и насилии.

Мой язык требует входа в ее рот, не щадя. Я чувствую ее колебание всего на секунду, прежде чем ее рот тает в моем. На вкус она как ром и сладость. Чистота, которую я никогда раньше не чувствовал.

Ее руки обвиваются вокруг моей шеи, и единственное, что удерживает полотенце, это наши тела, прижатые друг к другу. Я срываю полотенце, не позволяя своим губам оторваться от ее губ, прежде чем схватить ее за задницу и обернуть ее ноги вокруг себя. Она ахает, что быстро превращается в стон, когда мои губы путешествуют вниз по ее шее. Покусывая ее кожу, я получаю в награду тихий мяукающий звук, который каким-то образом делает мой член еще тверже. Я откидываю голову назад всего на мгновение, прежде чем наклониться вперед и медленно облизать круги вокруг ее сосков, которые твердеют под моими ласками.

Часть меня хочет ворваться в эту женщину, заявить на нее права и сделать ее своей единственным известным мне способом. Но есть что-то еще внутри меня, что-то чужое, пронзающее мое сердце, которое требует, чтобы я поклонялся ей. Скоро будет достаточно времени для насилия, которого я жажду. Отстраняясь, я смотрю в ее глаза и наблюдаю, как они расширяются, ее губы приоткрыты, она тяжело дышит. При этом зрелище настоящая улыбка озаряет моё лицо.

Она хочет того же, что и я.

Глава 12

Анна

Мое тело воюет само с собой, но я не могу отрицать, как сильно я хочу этого мужчину. Невероятно, насколько близки могут быть страх и желание. Может быть так лучше, и я должна здесь находиться и понимать, что игры и бег закончились. Проводить жизнь, скрываясь, притворяясь кем-то другим, это вообще не жизнь. Единственным сексуальным прикосновением, которое я когда-либо чувствовала от мужчины, была боль, преследуемая меня до сих пор. Он отстраняется, и я почти стону в знак протеста. Видя голод в его глазах, со мной что-то происходит, и я чувствую, как мои ноги непроизвольно сжимаются вокруг него. Я даже не знаю этого мужчину, только что встретила его, но все внутри меня кричит, что я хочу его.

Когда он начинает идти, мои ноги все еще обвиты вокруг его талии, я не смотрю, куда он меня несёт. Я не могу оторвать от него глаз, его темные глаза сверлят мою душу, его полная нижняя губа просит, чтобы ее укусили и пососали. Распутство, о существовании которого я не подозревала, растет во мне, и я делаю решительный шаг наклоняюсь вперед, чтобы прикоснуться к его губам, оставляя поцелуи от подбородка до шеи. Я слегка покусываю его, пока он не рычит:

— Сильнее.

Я не колеблюсь, прежде чем сильно сжать зубы на его шее, и он стонет от удовольствия. Звук пронизывает меня волнами удовольствия. Внезапно он кладет меня на какую-то кровать и стоит, глядя на меня сверху вниз. Я краснею, чувствуя себя разоблаченной, лежащей вот так, и инстинктивно двигаюсь, чтобы прикрыться. Его рука протягивается, чтобы остановить меня.

— Нет, — говорит он с гневом в голосе, прежде чем он смягчается, — никогда не закрывайся от меня. Я хочу всё для себя.

Я чувствую намек на улыбку на своем лице, любуясь, как этот грубый человек старается быть нежным для меня. Его кожа блестит от пота, но я даже не замечаю влажности в комнате из-за тепла моего тела. Мой взгляд падает на шрамы на его руках, и я открываю рот, чтобы снова спросить о “пламени”, но его губы оказываются на моих прежде, чем я успеваю. Мое тело, кажется, тает от его прикосновений, и мне требуется все, что у меня есть, чтобы мягко оттолкнуть его, держа за руку.

— Я… я…

Он прерывает меня с небывалой нежностью, прижимаясь своими губами к моим. В отличие от других поцелуев, этот нежный и мягкий, но почему-то все еще требует от меня уступчивости.

— Не думай, драга, — шепчет он мне в губы, — теперь ты моя. И я намерен убедиться, что твоё тело хорошо осведомлено об этом факте.

— Н-но я… я не…Я никогда…

— Разве ты не хочешь меня? — Спрашивает он, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза. Его голос звучит неуверенно, и в этот момент мое сердце тает от того, что этот большой, грубый и страшный мужчина спрашивает меня об этом. Как будто у меня есть выбор. У меня никогда раньше не было выбора.

Я улыбаюсь ему и возвращаю свои губы к его губам, и я чувствую, как напряжение в его теле спадает. Запутавшись пальцами в его волосах, я снова притягиваю его к себе. То, что начинается мягко, быстро становится более жестоким, когда мы оба поддаемся нашим бессмысленным желаниям.