Читаем Разоблачение полностью

– Черт подери, – рявкнул Сандерс, – ты заботишься только о показухе. О том, чтобы все выглядело благопристойно на таком же благопристойном совещании. Но, в конце концов, кому-то придется на деле доводить этот чертов дисковод…

– А я говорю…

– …И я руководил этим отделом восемь лет, и делал это вполне прилично…

– Мередит! – Гарвин просунул в дверь голову. Разговор сразу прервался.

– Мы ждем, Мередит, – напомнил Гарвин, затем повернул голову и холодно посмотрел на Сандерса.

Мередит взяла со стола свой кейс и быстро вышла из комнаты.

* * *

Сандерс тут же отправился в приемную Блэкберна.

– Мне нужно видеть Фила.

– Он сегодня очень занят, – вздохнула Сандра, секретарша Блэкберна.

– Мне немедленно нужно его видеть.

– Я сейчас проверю, Том. – Сандра подняла трубку. – Фил? Здесь Том Сандерс. – Она прислушалась к голосу в трубке и предложила Сандерсу: – Том, вы можете пройти.

Сандерс вошел в кабинет и прикрыл за собой дверь.

Блэккберн стоял возле своего стола и приглаживал руками пиджак на груди.

– Том, я рад, что ты зашел.

Они пожали друг другу руки.

– С Мередит у меня не складывается, – заявил Сандерс, все еще кипя после разговора с Джонсон.

– Да, я знаю.

– Не думаю, что смогу с ней работать.

– Я знаю, – кивнул Блэкберн, – она уже говорила мне.

– Вот как? И что же она тебе говорила?

– Она рассказала мне о вчерашней встрече, Том.

Сандерс нахмурился. Он и представить себе не мог, что у нее возникнет желание обсуждать с кем бы то ни было подробности вчерашнего инцидента.

– Вчерашней встрече?

– Она рассказала мне, что ты ее сексуально преследовал.

– Что-что?

– Послушай, Том, только не распаляйся. Мередит заверила меня, что не собирается выдвигать против тебя обвинения, так что мы можем решить это без лишнего шума, по-домашнему. Так будет лучше для всех. Я как раз поразмыслил над штатным расписанием и…

– Погоди минуту, – перебил Сандерс. – Она сказала, что я преследовал ее?

Блэкберн уставился на него.

– Вот что, Том. Мы были друзьями долгое время, и я обещаю тебе, что никаких проблем не будет. Даже в компании никто ничего не узнает. Твоей жене тоже нет необходимости что-либо знать. Как я сказал, все спустим на тормозах, к полному удовлетворению всех заинтересованных лиц.

– Погоди, но это же ложь…

– Том, дай мне, пожалуйста, договорить. Сейчас для нас наиболее важно разделить вас. Тебе не придется работать под руководством Мередит и ходить к ней с докладами. Я думаю, что перевод на другую работу будет для тебя идеальным вариантом.

– Перевод на другую работу?

– Ну да. Как раз есть вакансия на должность одного из вице-президентов подразделения, занимающегося портативной аппаратурой, в Остине. Я хочу перевести тебя туда. Ты сохранишь то же положение, зарплату, льготы, все, за исключением того, что ты будешь в Остине и не будешь иметь прямого контакта с Мередит. Ну как?

– Остин, говоришь?

– Да.

– Портативной аппаратуры?

– Да. Прекрасный климат, отличные условия для работы… университетский город… шанс увезти свою семью подальше от этих дождей…

– Но Конли собираются продать завод в Остине, – сказал Сандерс.

Блэкберн откинулся в кресле.

– С чего ты это взял, Том? – спокойно сказал он. – Это абсолютная ерунда.

– Ты в этом уверен?

– Абсолютно. Можешь мне поверить, продажа завода в Остине – это самая последняя вещь, которую они могли бы сделать. В этом вообще нет ни малейшего смысла!

– Тогда зачем они проводят инвентаризацию завода?

– Они все пропускают через частый гребень. Смотри, Том: Конли беспокоились о поступлении денег после покупки фирмы, а завод в Остине, как ты отлично знаешь, очень выгоден в финансовом отношении. Мы дали им все выкладки, и сейчас они их проверяют, чтобы самим убедиться, что они верны. Но о продаже не может идти и речи. Завод будет только разрастаться, Том, и ты это знаешь. Вот почему я решил, что пост вице-президента – отличное продолжение твоей карьеры.

– Но тогда я ухожу из ГНП?

– Да, весь смысл твоего перевода в том, чтобы тебя из нее убрать.

– Но тогда я не войду в новую компанию, когда Группа станет отдельной фирмой?

– Это верно.

Сандерс зашагал по кабинету.

– Это абсолютно неприемлемо.

– Ну не надо так торопиться, – сказал Блэкберн, – Давай взвесим все «за» и «против».

– Фил, – негромко сказал Сандерс, – я не знаю, что она тебе наговорила, но…

– Она рассказала мне все…

– Но я думаю, что ты должен знать…

– А я хочу, чтобы ты знал, – перебил Блэкберн, – Что я не собираюсь выносить кому-либо приговоры в связи со случившимся. Это не моя забота, и это мне не интересно… Я просто хочу решить для компании трудный вопрос.

– Фил, послушай – я не делал этого.

– Я могу понять, как ты себя должен чувствовать, но…

– Я не преследовал ее. Это она преследовала меня.

– Я уверен, – согласился Блэкберн, – что временами тебе кажется, что дело так и обстояло, но…

– Фил, я говорю тебе: она меня разве что не изнасиловала. – Сандерс уже не в силах был оставаться на месте. – Фил, это она приставала ко мне!

Блэкберн вздохнул и постучал карандашом по углу стола.

– Должен тебе честно сказать, Том, что в это верится с трудом.

– Тем не менее все так и было.