Читаем Разгром Деникина полностью

Соседняя справа 13-я армия имела свой левый фланг у Нижнедевицка, ведя бой с частями конного корпуса Шкуро с двадцатых чисел сентября. 26-го Шкуро занял Нижнедевицк и продолжал теснить 42-ю дивизию на север.

Таким образом, если оба фланга 8-й армии и не были тесно связаны с соседями, то все же можно было еще рассчитывать на какое-то взаимодействие армий. Несколько хуже обстояло дело со связью с 13-й армией, левый фланг которой имел тенденцию беспрерывного отхода на север, чем с каждым днем увеличивался разрыв между внутренними флангами обеих армий. Командование 8-й армии учитывало всю нежелательность такого положения и принимало все меры к установлению соприкосновения, тем более что разрыв этот намечался как раз на Воронежском направлении и делал последнее наиболее уязвимым для противника. Действовавший на крайнем левом фланге отряд Фабрициуса командование 8-й армии подчинило себе, но отказалось от предложения фронтового командования взять в свое подчинение 42-ю дивизию вместе с заботами и ответственностью за Елецкое направление. Кроме того, в промежуток между Турово — Борщево было приказано выдвинуться отряду Седякина, состоявшему из двух бригад — Воронежской и Рязанской.

Последнее не осуществилось, ибо Май-Маевский перенес, как помнит читатель, свои усилия на Воронежское направление и перебросил корпус Шкуро как раз в разрыв между армиями.

Последнее обстоятельство совпало во времени с началом нового рейда Мамонтова, который 27 сентября, прорвав фронт 12-й дивизии у Борщева и переправившись здесь через Дон, вышел в район Левой Россоши. А так как уже в конце сентября начинает обозначаться нажим донских частей и на левый фланг армии, то становится очевидным крайне затруднительное положение 8-й армии в целом. Мы видели, что и прочие армии фронта были не в лучшем положении. Но главное командование требует решительных наступательных действий, и в соответствии с этими требованиями фронтовое командование приказывает 13-й армии наступать на Курск, а 8-й армии, удерживаясь на реке Дон, сосредоточить свежие части на правом своем фланге и выдвинуть их в район Нижнедевицка.

Читателю ясно полное несоответствие этих задач с реальной обстановкой. Что случилось в результате выполнения их с 13-й армией, мы уже видели, по с 8-й армией дело обстояло в значительной степени хуже.

Так как смены левофланговых дивизий 8-й армии частями 9-й армии, как этого требовало командование фронтом, не произошло (да и не могло произойти по причинам слабости 9-й армии), то выделение «свежих» частей на Нижнедевицкое направление могло быть сделано только за счет двух весьма слабых бригад — Воронежской и Рязанской. Читатель уже знает, почему попытка эта не удалась. Помимо этого появление Мамонтова в тылу 12-й дивизии отвлекло с первого же дня весьма значительные силы, а именно — 13-ю дивизию, два полка 31-й дивизии и различные отряды, а несколько позже были привлечены вся 12-я дивизия и тамбовские курсанты.

Конный корпус Буденного в это время находился на левом берегу реки Дон, против Богучара и должен был, как помнит читатель, переправившись у Казанской через Дон, действовать перед фронтом 9-й и 10-й армий с целью облегчения выхода их: 9-й — к Дону и 10-й — к Царицыну. 29 сентября корпус был у Казанской и приступил к организации переправы на правый берег Дона.