Читаем Разговоры о кино полностью

— Конечно не четырнадцатилетнюю, но максимально молодую. Это был 2005—2006 год, когда они проводили этот кастинг, я была такая одна, мне кажется, кто им по возрасту подходил. Мне было 21 что ли. Меня они взяли сразу. Я написала какой-то отвратительный, ужасный тест, первый в своей жизни, где я впервые увидела эту американскую схему записи сценария, где я впервые увидела вообще сценарий живьём. Написала какой-тест, пришла к Джеймсу, он на меня так скорбно посмотрел и сказал: «Ну ладно, мы тебя берём». И всё. А дальше началось обучение того, что нужно было делать. В общем, повезло, я считаю.

— Сколько лет ты там работала?

— Недолго. «Счастливы вместе» на самом деле это был совершенно не мой проект, не мой тип юмора, мне он давался очень тяжело. Но я попала после этого в сценарное агентство и начала работать на разных проектах.

— Интересно, а в какой момент ты почувствовала, что это не твой тип юмора?

— Ты знаешь, сразу. Мне сразу дали это понять. Кроме меня и вот той самой второй дамы, которая видимо тоже попала только по гендерному признаку в эту группу, все остальные были КВНщики естественно.

— У них проблемы со структурой всегда.

— Да. Но в тот момент это, во-первых, было непонятно, во-вторых, структура была, это, же адаптация. По сути надо было только шутить. Они шутили так с утра до вечера, что мы просто сидели и слова не могли вставить. И наше присутствие охранялось только американцами, которые не позволяли нас выгнать, а в остальном проку было ноль. Даже чуть-чуть мешали. Всё-таки мы женщины, какие-никакие, а женщины и они отвлекались в любом случае. Но для меня это была большая школа, я с КВНщиками не встречалась раньше никогда. Они меня поразили в разных смыслах, и в хороших, так и в плохих. Но с того момента я с ними не расстаюсь, не с теми конкретно, а вообще с КВНщиками. Я уже к ним привыкла.

— Вот ты рассказываешь, что занималась переводом, ты сидела, редактировала что-то и вдруг ты фактически уходишь в офис. Так или иначе, переводчик, драматург — ты один, через себя пропускаешь какой-то текст, а когда работаешь в толпе, ты не можешь понять, какова часть твоего труда. Что именно ты вложила в эту историю? Может быть, вообще даже ни одной шутки ты не сделала, но одно присутствие твоё, оно что-то добавляет в работе над сценой. Мне интересно, как проходил этот переход от автора одиночки к автору части команды? Осознавала ли ты, что это происходит с тобой?

— Я думаю — нет, потому что я как автор не выступала в этот момент. Я просто входила в группу, целый день с утра до ночи смеялась потому, что реально очень смешно шутили, восхищалась и поражалась тому, что мне ещё за это платят деньги. Ощущала себя каким-то нахлебником никому не нужным естественно. Просто ждала, когда это счастье кончится, потому что не может же оно вечно длиться и думала, чем буду дальше заниматься. Время ещё было нестабильное, проект тяжело запускался. Его всё время грозили прикрыть, то денег нет, то ещё что-то. Но я к этому относилась, как к приключению какому-то. Один из этих КВНщиков в тот момент начал делать сценарное агентство, которое работало с СТС тоже. Все эти ситкомы первой волны адаптационные после «Моей прекрасной няни» были «Кто в доме хозяин?», на РенТВ шли ситкомы, их кто-то же писал? Это всё писали мы, какие-то люди. Нас даже одно время не писали в титрах. Был такой псевдоним коллективный Роман Романов, который фигурировал, как сценарист.

— Круто. Я этого даже не знал.

— Такая была жизнь. Была такая группа.

— У американцев есть псевдоним Алан Смити, которым называют режиссёра, которого выкинули из титров, когда увольняют режиссёра. Нет, не так, не увольняют, а когда режиссёр уходит с проекта, он имеет право поставить псевдоним, и он ставит псевдоним Алан Смити. И представляешь, какая у него фильмография у этого Алана Смити на imdb?

— Крутой!

— Крутой-крутой, но и разнообразный очень режиссер. А Роман Романов — это круто, я не знал этого. Слушай, а КВНщик это имеется в виду кто? Это Шабан Муслимов?

— Да-да.

— О, я его знаю очень хорошо. Он как раз с Sony работал. Ну и расскажи-расскажи, как ты с ним работала? А он, как раз в то время меня звал к себе главным редактором. Это 2007 год, наверное.

— Я ушла в 2008 году от них. То есть я у них года два провела в агентстве.

— Вот работа со сценарным агентством, как это выглядит? Расскажи, как тебя на встречи выводили? Какие проекты предлагали? Ты зарплату получала или проценты?

— Но ты, же понимаешь, что ты получишь информацию о процессе, который сейчас не работает уже. Это был именно процесс того времени.

— Мне интересны все модели на самом деле.