Читаем Разговор окончен полностью

– Давай, ещё разок, убери эти… метафоры все… и побольше про этого… фуфлолога их знаменитого… да и всё. Приём! И для фитнеса, для фитнеса поджимает! К понедельнику, да, нормально!

Договорившись сам с собой, он уходит через жёлто-фиолетовую рябь, подёрнувшую половину кухни. На полу, ровно посреди одной из плиток, остаётся отпечаток грязи с протектора его подошвы.

– Чёрта лысого тебе к понедельнику, менеджер от бога! – ощериваюсь в сторону тающей иллюзии.

К разыгравшейся гитаре за стеной подключается недоломавшийся подростковый голос: «Мир изменился, он стал дру-угим!»

Как бы не так. Ещё более отвратительным он стал.

Ну всё. Я иду за шваброй.

В такие моменты, наверное, обычно и обращаются за помощью. К врачу, к соседу, к прохожему. К воображаемому социуму. За помощью к единицам из случайного набора людей. То есть опять вот этих вот… Так что справлюсь сама. Иначе зачем тогда я?

Закончив с комнатой, начинаю тереть пол в коридоре. Провожу шваброй вдоль плинтуса и понимаю, что он какой-то мягкий. Отваливается, что ли… Прикасаюсь ещё раз – выгибается уже вся стена. Отскакиваю назад. Перегородка набухает пузырём и лопается.

В трещину просовывается парень в униформе:

– Здравствуйте! Меня зовут Валерий, доставка…

– Спасибо, положите всё здесь.

– Но вы можете прямо сейчас отказаться от любого товара, если что-то не подойдёт!

– Нет, я позже разберу.

– А я подожду, пока вы освободите пакеты! Мы принимаем их на утилизацию! – полыхает восторгом. – Наша компания заботится об окружающей среде!

– Ну надо же! А о психическом здоровье клиентов ваша компания не хочет позаботиться?! Выход там! – Взмахиваю шваброй в сторону прихожей.

Или затолкать его обратно в дыру? Не успею: она затягивается.

– Всего доброго и, главное, будьте здоровы! – помедлив, выдаёт он.

Вот же ублюдок…

Но всё-таки уходит – и даже через дверь.

А всего через секунду звякает звонок. Да что это такое, в конце-то концов!

– Номер вашего директора дайте мне сейчас же! – ору я и вываливаюсь прямо на площадку.

– Привет, – отступая подальше, улыбается сосед. Тот, который напротив. То есть напротив и чуть-чуть налево.

– Костя… а тебе… соль, что ли, нужна?

Глупее вопроса не придумаешь: вряд ли бы он отправился ко мне за солью в наглухо застёгнутом пальто.

Отрицательно мотает головой и вынимает из кармана пресс для чеснока, который брал у меня на прошлой неделе. А следом протягивает бумажный цветок и говорит:

– Спасибо.

– Ой. Это… что ли, роза? Ой, она же из…

– Оригами, – кивает, натягивая перчатки. – Извини, я опаздываю.

И слетает по ступенькам бегом.

Запираюсь на оба замка, швыряю цветок в пустующую стеклянную вазочку перед зеркалом, поднимаю её, разглядываю со всех сторон и со стуком ставлю обратно на полку.

– Очередной позёр с претензией на загадочность, – объявляю вслух.

Разговор наконец-то никто не поддерживает.

Весь оставшийся день не отрываюсь от клавиатуры: добиваю два срочных заказа одновременно, твёрдо решив не писать ничего для гусевского фитнеса и тем более для «Опоры разума». Без моего участия как-нибудь его подопрут…

Ко второму часу ночи перестаю отлавливать внятные мысли. Поднимаюсь, шлёпаю к окну босиком, открываю нараспашку. Морозный воздух осваивает пространство. Скребу ногтем между подоконником и откосом – не показалось: растрескался герметик. Отрешённо прикидываю, сможет ли кто-то прорваться в этот кракелюр. Я совсем не паникую. У меня шок.

Возвращаюсь за стол, листаю соцети.

«Танюша, я тебя как раз вспоминала!»

Закрыть, что ли, страницу, пока не поздно? Сестра бывшего мужа кого-то там… Омелия… Да, родители именно так её назвали. Через О. В голове у них перемешалось всё на свете, но вологодский говор победил.

«У меня теперь своё дело! – продолжает донимать. – Соевые свечи! Слышала? Они не выделяют вредных веществ! И вот я хотела попросить… упомяни меня в своём блоге, там же много народу, да? Бюджет у меня пока небольшой, конечно же… рекламу не могу себе позволить!»

И правда, у меня есть маленький блог – об архитектуре модерна. Пять с чем-то тысяч подписчиков. И никому из них и дела никакого нет до архитектуры модерна. Соевые свечи, возможно, им даже интереснее. Но, в конце-то концов, это мой блог.

Зря я не вышла из чата: Омелия, со всей своей сотней килограммов тела, объявляется прямо на подоконнике – пытается там устроиться, изогнувшись, затягивается айкосом и осведомляется:

– А сама-то не хочешь попробовать делать свечи?

Брр, я уже и забыла, что у неё ещё и голос с неприятной хрипотцой…

– Нет. И здесь не курят. Не хочешь рассказать, как ты оказалась в моей квартире?

Проигнорировав оба замечания, она сползает с подоконника, обходит меня сбоку и дышит в ухо:

– Так что, может, завтра напишешь обо мне в блоге?

– Извини, контент не по теме.

– Знаешь, это как посмотреть… – Поёживается, разминая плечи, проплывает через комнату и хватает со стеллажа тюбик с моим кремом для рук.

– Просто любопытно, О-о-омелия, тебя, может, травили в детстве?

– А что?! – вскрикивает она на выдохе, с вызовом, будто это повод для гордости.