Когда Долговязый вернулся с небольшой зеленой канистрой, Пузырь ему пояснил:

– Сейчас мы положим трупы в одно место, обольем бензином всю квартиру и запалим! Нельзя, чтобы остались хоть какие-то следы от нашего пребывания здесь. Да и у ментов жизнь будет повеселее: одно дело – вести расследование в чистой квартире и совсем другое – после пожара.

Через несколько минут все было готово – оба трупа лежали у косяка. В квартире от разлитого бензина стало невозможно дышать.

– Прости, Стреляный, – уходя, сказал Пузырь. – Давай поджигай. Больше нам здесь нечего делать.

Долговязый, стоя у двери, зажег две спички, бросил их в прихожую и, увидев вспыхнувшее пламя, быстро прикрыл ее. Не спеша, как ни в чем не бывало Пузырь и Долговязый спокойно вышли из подъезда, сели в машину, стоявшую за углом, и, никем не замеченные, выехали со двора.

Проехав с полкилометра, они остановились. Оглянулись. Дом стоял, как ему и было положено. Вроде бы ничего не происходило, никто за ними не увязался.

– Слушай внимательно, Долговязый. Вечером в кабак поедешь ты. Возьми с собой двух надежных ребят. Этих пидерастов – хранителей тела хреновых – надо сурово наказать. Стреляный погиб. Погибнуть должны и они. Постарайтесь убрать их без лишнего шума. Нам не нужны такие телохранители, да еще в качестве свидетелей. Все понятно?

Долговязый молча кивнул.

– Здесь их убирать – себе головную боль заиметь. Они нам ни к чему, верно? Так что давай вечером. И сразу же приедешь ко мне, расскажешь. У меня к тебе будут еще поручения, – закончил разговор Пузырь.

Не сговариваясь, они снова оглянулись на дом. Из окон третьего этажа вырвался огромный сноп черного дыма и рыжего огня. Стало понятно, что в квартире Стреляного разбушевался страшный пожар.

Через несколько минут их машина была уже далеко.

Позже программа телевизионных новостей о чрезвычайных происшествиях сообщила, что в результате сильного пожара, который с трудом ликвидировали пожарные, погибли двое – мужчина и женщина. Представители УВД, прибывшие на место происшествия, опознали труп погибшего мужчины. Им оказался хозяин квартиры, крупный авторитет уголовного мира Сергей Тарасов по кличке Стреляный. Имя женщины пока установить не удалось. Было сообщено также, что по факту их гибели началось следствие. По предположениям следователей, они были убиты до начала пожара.

В новостях ничего не сказали еще об одном событии, происшедшем в этот день в городе, – о бандитской разборке в загородном ресторане, в результате которой были убиты двое молодых людей. Их застрелили в затылок, трупы сложили в мешки и, привязав гири, сбросили с моста в один из обводных каналов Невы. Об этом рассказал Пузырю Долговязый, когда приехал к нему домой около одиннадцати вечера.

Весть о смерти Стреляного мгновенно разнеслась по всему Питеру. Фотографии убитого можно было увидеть практически во всех городских газетах, сообщавших наперебой в подробностях о жизни и смерти знаменитого бандита. А несколькими днями позже на кончину Сергея Тарасова отозвались и центральные газеты – обывателю попытались разъяснить истинное место Тарасова в воровской иерархии. В солидном еженедельнике поместили интервью с начальником отдела по борьбе с организованной преступностью, в котором говорилось, что Стреляный имел все шансы занять в ближайшее время одно из ведущих мест в воровском мире и даже потеснить кое-кого в Москве, а следовательно, делался вывод: виновников убийства Сергея Тарасова можно искать не только в среде его приближенных. Некоторые издания договорились до того, что покойный Стреляный чуть ли не кумир питерской молодежи, хозяин Санкт-Петербурга. Рождалась очередная легенда. С легкой руки газетчиков Стреляный угодил в святые.

После торжественных и пышных похорон Сергея Тарасова все разговоры питерских бандитов и некоторых местных журналистов свелись в основном к вопросу преемственности власти: гадали, кто займет место Стреляного, кто станет новым крестным отцом города на Неве.

А ситуация оказалась весьма сложной и запутанной. Некоторые лидеры влиятельных группировок полагали, что события не стоит торопить, мол, время все расставит по местам.

Но так думали далеко не все. Нашлись отчаянные ребята, которые были убеждены, что настало их время и что пора незамедлительно устанавливать в Питере новые порядки.

Впрочем, и те и другие не скрывали, что хозяевами Санкт-Петербурга должны стать лидеры именно их группировок. Братва вела долгие бесплодные споры. Вопрос, кому должна принадлежать воровская корона, оставался открытым.

Поначалу эта негласная война с виду носила весьма корректный характер.

Но те, кто знал воровские традиции бандитов, не сомневались, что после сороковин будут забыты условности и символы общей скорби, – краткое перемирие закончится и начнется такая пальба, какая своими масштабами напомнит гангстерские войны двадцатых-тридцатых годов.

Глава 37