Рейнер крепче обнял меня за плечи и прижал к своей груди.

— Ты же помнишь, что отец оставил меня в долгах. Я надеялся, что быстро с ними расплачусь, оказав содействие кое-кому.

— Наркотики? — прошептала я.

Он кивнул.

— Да. У меня были некоторые знакомства в данной сфере, и я выяснил, что можно провернуть несколько несложных дел и быстро выплатить долг, но все оказалось гораздо сложнее.

— Никогда не бывает легко, — пробубнила я.

— Я все глубже и глубже погружался в эти дела, и однажды ночью я сделал фатальную ошибку, продав наркоту не тем людям потому, что они предложили мне больше денег. Получив деньги, я решил, что выплачу долги, и мы с тобой уедем. Черт, я был молод и слишком наивен. Оказалось, что я связался с очень влиятельным наркодилером, и он вычислил меня. Меня поставили на счетчик.

Я глубоко вздохнула.

— Не знала об этом.

— Конечно, я и не хотел, чтобы ты знала. Мне нужно было защитить тебя, поэтому я начал отдаляться. Я понял, что если буду держаться подальше, то они не придут за тобой. Время пришло, а я так и не нашел нужную сумму денег. Он сказал, что заберет тебя, на что я ответил, что мы давно расстались и что я верну деньги. Однако, у него были более глобальные планы. Скорее всего, он понял, что выплатить долг я так и не смогу.

— Поэтому он продал тебя в рабство?

Рейнер утвердительно кивнул.

— Да. Он прислал за мной своих людей, они схватили меня и увезли. Когда я очнулся, то уже оказался в руках монстра.

— Там ты и встретил Пиппу?

— Угу. И как ты уже знаешь, мы работали в паре. Это был кромешный ад, Эми, я даже объяснить не смогу. Это полностью изменило меня. Когда я убежал, то думал, что моя жизнь сразу же наладится, но этого не произошло. Пиппа осталась там, и я не мог ее отыскать. Я впал в депрессию и начал сильно выпивать, оказавшись, в конце концов, в реабилитационном центре.

— О, Рей, мне так жаль.

— Приобретение бара вернуло меня в колею, стало легче бороться с демонами моей души. В тот день, когда она пришла, и я увидел ее живой и освобожденной, все вокруг меня начало преобразовываться. Отсутствие возможности найти ее – это был какой-то кошмар.

— Понимаю, — искренне ответила я, поскольку одному Богу известно, что ей пришлось пережить.

— После возвращения у меня появились проблемы с памятью, и я начал пить. Я помню, кто ты, Эми, но даже сейчас я не могу вспомнить твое прежнее лицо. У меня нет ни фотографий, ничего. В мое отсутствие дом отца вычистили и отобрали.

— Я знаю, — печально ответила. — Я видела, как его выставили на аукцион.

— Малышка, я очень сожалею, хочу, чтобы ты это знала.

— Теперь, глядя на меня, ты видишь?

Он замолчал.

— Если очень сильно постараться, то да. Но в голове все еще полный бардак. В моей памяти отложились некоторые черты твоей внешности, например, светлые волосы, но на этом все и заканчивается, никаких проблесков. Я смотрю в твои глаза, и теперь знаю, что они мне знакомы.

— Тогда откуда ты знаешь, что я не самозванка?

Рейнер хихикнул.

— Потому, что существует только один человек на планете, который всегда называл и будет называть меня Рей-Рей.

Я улыбнулась и прильнула к нему.

— Да, верно.

Между нами повисла тишина.

— И что теперь будем делать, Рейнер?

— Честно говоря, не знаю.

— Ты любишь другую. Не думаю, что смогу перешагнуть через это.

— Понимаю, но я не могу просто взять и все оборвать с ней. Но я не хочу тебя терять. Целых десять лет моя жизнь была похожа на хаос – то вверх, то вниз, то в стороны. Я не способен был действовать правильно. Я не мог завязывать нормальных отношений. У меня мало друзей. Твое возвращение дает мне надежду.

— Рей-Рей, надежда есть, мы только что это уже выяснили.

— Но есть одна вещь, которую я знаю на сто процентов, — сказал он, целуя мою руку. —Я очень рад, что ты здесь.

— Я тоже.

Он укутал меня в одеяло и спросил:

— Теперь расскажи, как ты жила? Хочу все знать.

— Я поступила в колледж, но так и не окончила его. Я уехала далеко. После твоего ухода мне было так плохо, что у меня ничего не получалось, как бы усердно я не старалась.

— Жаль, ты ведь очень смышленая.

— Как бы то ни было, я немного поездила по свету, встречалась с парнями, но в итоге прожила десять беспокойных лет. Казалось, что все не так в моей жизни. А потом я узнала, что ты вернулся в город, и, Боже, мне было так страшно пойти и встретиться с тобой. Я ведь так и не узнала, почему ты ушел: из-за меня или случилось что-то ужасное. Было время, когда я считала, что ты погиб.

Мой голос задрожал и Рейнер прижал меня к себе.

— Я шла в бар в полной уверенности, что ты помнишь меня, но вышло все наоборот…

— Прости меня, Эмали. Мне очень жаль.

— Я верю.

— Прошлое не вернуть, но ведь можно попробовать изменить настоящее?

— Конечно, можно, — прошептала я в ответ.

Надеюсь, я выглядела достаточно искренней и не показала, что его чувства к Пиппе все усложняли.

Я ведь так любила его.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ТОГДА – МАЛИ

— Ты же говорил, что почти со всем разобрался! — визжала я, глядя на синяк под глазом у Рейнера.

— Эми, ты должна доверять мне, — бурчал он в ответ. — Я делаю все возможное.