Читаем Равенклифф полностью

— Ох, значит, она знакома с Сиреной. Понятно, — я подняла чашку и сделала глоток, который обжёг мне язык.

— Сирена крайне сострадательна. Рут рассказала нам о том, как ты со своими друзьями спасла её, — он оторвал взгляд от своей чашки. — Это было очень…

— Глупо? — уточнила я, оборонительно.

— И это тоже, но я собирался сказать смело. Если бы вы не познакомились с Малышом Марвелом и Омаром на Кони-Айленд и не отследили путь Рут до клуба «Хелл-Гейт», она до сих пор была бы там. Я должен был додуматься поговорить с какими-нибудь фейри со связями в преступном мире.

— Ты не можешь предвидеть всё, — сказала я, пожелав быть примирительной теперь, когда Рэйвен похвалил меня. — Вообще-то, я просто-напросто натолкнулась на мистера Марвела, и он придумал план, как вызволить Рут — аферу, как он это называет. И каждый сыграл свою роль в этом. Ты бы видел, как мисс Шарп сыграла разгневанную жену…

— Да, и я слышал, что Натан проделал прекрасную работу, выдав себя за клиента, хотя может быть это не потребовало столь большого актерского мастерства.

Я открыла было рот, чтобы защитить Натана, но Рэйвен продолжил:

— Вы все разыграли впечатляющее шоу. Жаль только, что вы испортили его, пожертвовав одной невинной девушкой ради другой.

— Ты имеешь в виду подменыша? Но она настояла.

— И это сделало ситуацию лучше? Если бы одна из твоих подруг — Хелен или Дейзи — настояла на поселении в борделе, позволила бы ты ей?

Кровь хлынула к моему лицу.

— Но Рут сказала, что там всё совсем не так… и подменыш сказала, что если она сможет сделать нечто такое, чтобы защитить Рут и Этту, она будет знать, что принадлежала ч-чему-то… — я запнулась, остановившись и подавившись на словах, слёзы закололи глаза.

Неужели Рэйвен вызвал меня сюда лишь для того, чтобы подвергнуть меня жёсткой критике? Ему больше вовсе нет дела до меня? По-видимому, он не считал меня столько сострадательной, как Сирену.

— Подменыши очень чувствительные создания. Они проводят свою жизнь исключительно в ожидании подходящей возможности слиться с хозяином и быть полезным в жизни этого хозяина. Но это не означает, что вы должны были позволять ей жертвовать собой.

Я потрясённо посмотрела на Рэйвена, придя в ужас. Это было несправедливо. Неделями я практически ничего не делала, кроме как волновалась за девушку в клубе «Хелл-Гейт». Ночью мне снились сны о том, что я видела в голове Молли. Я пыталась отговорить подменыша.

— Что я должна была сделать? — в итоге, спросила я. — Если бы подменыш не пошла туда, Рут пришлось бы возвращаться.

Рэйвен просвистел тихо себе под нос, звук был похож на песню птицы, зовущую свою пару.

— Это так. Просто… твой вид с такой лёгкостью относится к фейри, словно они нечто менее важное, чем люди. Я думал, ты была другой.

— Что это вообще значит «твой вид»? — требовательно спросила я. — К какому виду отношусь я? Когда Орден обнаружит, что я, они изгонят меня. И затем куда я отправлюсь? Примет ли меня твой вид? Что если я не смогу летать? Что если я просто полукровка-выродок с недоразвитыми крыльями? Конечно, я позволила подменышу убедить меня и позволить ей вернуться в клуб «Хелл-Гейт». Я поверила ей, когда она сказала, что предпочтёт умереть, нежели ничему не принадлежать.

Рэйвен ошарашено посмотрел, словно у меня отросли рога.

— Это то, чего ты боишься? Не принадлежать?

Я кивнула, не в силах говорить. Рэйвен снова тихо насвистел и отвернулся от меня. Моё сердце колотилось в груди, и всё во мне затрепетало, как будто все до единого нервные окончания в моём теле оказались в огне. Я выложила ему всю свою душу — свои самые сильнейшие страхи — и теперь он рылся на полках, переставляя какие-то фотографии в рамках. Когда он закончил, он повернулся ко мне, одарил меня мрачным взглядом и схватил меня за руку.

— Встань здесь, — грубо сказал он.

Он рывком дёрнул меня и поставил перед полкой и затем отступил в сторону. Я стояла, моргая и смотря в свои собственные напуганные глаза. Он установил зеркало на полке, под таким углом, что я могла видеть себя с головы до пят — и от кончика крыла до кончика крыла. В самый разгар моей речи, мои крылья прорвались сквозь ночную сорочку и откинули мантию. Полностью раскрытые, они заполнили весь пролёт «гнезда» Рэйвена. И всё же они не были чёрными, они были огненного оттенка червонного золота, цвета моих волос.

— Ты, безусловно, редкость, — произнёс Рэйвен, его голос охрип от эмоций. — Ты попала в огонь, как раз, когда ты начала оперяться, и поэтому ты стала фениксом, созданием, глубокоуважаемым Дарклингами. Тебе однозначно не стоит беспокоиться о способности летать. Твои крылья…

Он оценил размах моих крыльев, в его глазах отразилось их червонное золото, его кожа купалась в их зареве. Я и сама почувствовала себя пылающей, как если бы пламя возгорелось от его взгляда.

— … аэронавтически пригодны.

Я фыркнула от его формального языка и он, удивившись, тоже рассмеялся.

— Ты говоришь как Кам с её «памяткой лётчика», — сказала я, испытав облегчение от созерцания его смеющимся. — Но если они столь пригодны, почему я не могу летать?

— А ты пробовала?