Читаем Ратоборцы полностью

Ежи Михаловский, посол Сигизмунда Второго Августа, с раннего утра ждал гостей. Для этого пришлось арендовать у знакомого плотника дом на углу Кривоникольского переулка. Плотник пошёл на сделку из-за сына, которому Ежи недавно помог скрыться от карающей длани Иоанна Васильевича. В этом решении сыграла свою роль и крупная сумма, которую посулил Ежи – посол Сигизмунда.

Неделю назад прибыл гонец от Князя Литовского и Короля Польского, с письмом, где под гербовой печатью значились несколько указаний. Ежи сразу понял, что дело нечисто. И с каждым днём убеждался в этом всё сильнее и сильнее. Король втягивал его в авантюру… Нет. Король приказывал ему пойти на авантюру ради отечества. И у Ежи просто не оставалось выбора. Как и значилось в указаниях, он снял дом, куда вот-вот должны были прибыть трое секретных посланников Сигизмунда. Согласно распоряжениям, о них никто, включая хозяина арендованного дома, знать не должен. Поэтому пришлось выложить плотнику круглую сумму за пустое подворье и гробовое молчание. С собой Ежи взял лишь верного слугу – Блейза.

В плотницкий дом посол прибыл затемно и всё утро шатался по нему, как привидение. На рассвете в ворота постучали. Проинструктированный Блейз открыл двери. Провёл визитёров поначалу в мастерскую, которая занимала весь первый этаж. Там секретные гости скинули маскировочное тряпьё. Когда Ежи услышал на лестнице многочисленные шаги, то приосанился. Круглый обеденный стол был идеально вычищен. Двери в другие помещения закрыты. Пахло свежим деревом. Впрочем, за часы ожидания, польско-литовскому послу начало казаться, что он и сам стал распространять запах свежей деревяшки.

Первым вошёл высокий мужчина с клиновидной бородкой. Худые и длинные руки плетьми свисали вдоль туловища. Колючим взглядом он впился в посла Сигизмунда Второго. Ежи стало неудобно от этого взгляда, почувствовал себя нашкодившим ребёнком. Даже если бы он увидел этого человека просто на улице, то сразу бы догадался о его происхождении. Резкие движения, неуместный в московской жаре модный европейский камзол, аристократическое лицо с налётом благородного разбойника. Такой типаж Ежи встречал лишь среди англичан.

– Меня зовут Ирвих, – с порога представился гость. – А ты, как я понимаю…

– Ежи, – посол поднял грузное тело со стула. Он много путешествовал, имел феноменальную обучаемость к языкам, поэтому сразу догадался, что посланника Сигизмунда скорее всего звали Ирвингом, но по какой-то причине тот немного переиначил собственное имя.

– Это, – указал Ирвих на вошедших следом мужчин. – Томас и Вит. Мои помощники.

Блейз пропустил гостей и закрыл дверь. По заведённой традиции он отправился на кухню, чтобы приготовить для всех чай. Ежи любил этот напиток. Тратил на него большую часть средств и неизменно производил на визитёров впечатление зажиточного человека.

С Витом, поляком, Ежи уже встречался. Он не помнил, где и когда видел этого немолодого и сутулого человека. Может при дворе, а может и у кого-то в свите. Кажется, даже разговаривал. Но дальше учтивых реплик, брошенных друг другу, дело тогда не сдвинулось. Вит придирчиво осмотрел плотницкую столовую. Не прикрывая рот рукой, зевнул.

«Нет, – подумал Ежи. – При дворе я его точно не видел».

Последний из посланников Сигизмунда, Томас, показался ему латышом с неприметной внешностью. Молодой блондин, некрупного телосложения. Про него король соизволил написать отдельно. Якобы этого человека под любыми предлогами нельзя выпускать одного на улицу. Чтоб не наломал дров и не испортил всё дело. Его брата-близнеца убили русские, поэтому большего русофоба ни в Польше, ни в Литве найти невозможно.

Ирвих присел напротив Ежи. Два его помощника по обе стороны от него. Англичанин не отрывал от посла колючего взгляда.

– Мы можем здесь говорить?

– Вполне, – кивнул посол. – Я всё сделал согласно указаниям моего короля. В этом доме нет посторонних. Едой вы будете обеспечены. Все необходимые связи через…

Ежи замолчал на полуслове. На столе появился двухзарядный пистолет с колесцовым замком. Посол так и не понял, откуда Ирвих вытащил оружие.

– Связи через меня, – закончил он. – Сегодня же я пришлю своего слугу…

– Никого ты не пришлёшь, – грубо перебил англичанин. – Тебя ясно и чётко написали. Помогать и содействовать во всём. При этом держать всё в строжайшей секретности. Что-то не понятно?

Ежи захотелось провалиться сквозь землю под колючим взглядом Ирвиха. Но уже в следующий миг его разобрала злость. Да кто такой этот англичанишка, чтобы ему указывать?

– Я не знаю, кто ты и зачем сюда приехал, но если будешь разговаривать со мной подобным образом… – Ежи навалился локтями на стол. – То я…

– Что? – улыбнулся Ирвих. Его подручные тоже заухмылялись. – Заканчивай игру словами. Мы проехали такое расстояние не для того, чтобы в этой варварской стране с тобой препираться. Есть приказ короля: убить русского государя. И тебе, вместе с нами, придётся его выполнять.

Самые худшие опасения Ежи подтвердились. Он уже пожалел, что ввязался в это дело. Хотя, как он мог отказаться? Для этого следовало умереть.