Читаем Ратное поле полностью

Первое мая 1945 года мы встретили в бою за город Вышков. Прикрывая отход своих частей иа запад, гитлеровцы сопротивлялись с отчаянием обреченных. К ночи Вышков был освобожден, а наша дивизия - выведена в резерв фронта.

Мы разместились южнее Брно. Воины приводили себя в порядок, ремонтировали технику, отдыхали от непрерывных пятимесячных боев. Стояла чудесная весенняя пора, пришла весть о падении Берлина, но рядом с радостью в солдатских сердцах жило беспокойство: неужели последний аккорд войны прозвучит без аккомпанемента наших гвардейских орудий?

Вечером 6 мая ко мне подбежал оперативный дежурный и скороговоркой доложил: «По радио передают: в Праге восстание». Все устремились к репродуктору. Взволнованный голос повторял по-русски: «Спешите на помощь! Прага восстала! Спешите на помощь! Прага восстала!»

Известие мгновенно облетело бойцов. Сердцами и помыслами все мы уже были на площадях и улицах героической Праги. Лишь бы поступил приказ!

И он поступил. Используя все транспортные средства, с предельной скоростью мы двинулись в сторону Праги на помощь восставшим. Опасаясь засад и внезапного налета гитлеровцев, ночью шли без света, с соблюдением мер предосторожности. И все же на лесной дороге наткнулись на большую группу гитлеровцев, обстрелявших нашу колонну. В короткой стычке орудийные расчеты и пулеметчики быстро рассеяли противника.

На рассвете следующего дня новая встреча: по шоссейной дороге, пересекавшей наш путь, двигалась колонна гитлеровских автомашин. Было решено их задержать. Гитлеровцы, увидев на перекрестке шоссе советские пушки, растерялись и подняли заранее приготовленные белые флаги. Они готовы были сдаться в плен. Но нам нельзя задерживаться. И тут на выручку пришли братья-чехи. Сбежавшиеся жители близлежащих деревень быстро собрали брошенное немцами оружие и, вооружившись, конвоировали пленных в тыл.

И все же до самой Праги наша гвардейская дивизия не дошла: пехота не могла состязаться в быстроте передвижения с механизированными частями, особенно танкистами.

Известие о капитуляции Германии застало нашу дивизию на марше. Трудно передать, что творилось вокруг. Гремела салютная стрельба, в воздух взлетали шапки и фуражки, не смолкая, перекатывалось «ура!», слышался смех, радостные возгласы. Люди, так долго ждавшие этого счастливого часа, перенесшие столько жертв, обнимали друг друга, поздравляли.

Улицы чехословацких городов и деревень, по которым двигались наши войска, были запружены народом.

- Наздар, Руда Армада! - восторженно кричала толпа, приветствуя солдат и офицеров Красной Армии.- Наздар!

В ответ улыбались и тоже кричали, не жалея голосов, наши воины:

- Ура! Победа!

На всех фронтах после подписания акта о безоговорочной капитуляции фашистской Германии воцарилась тишина. Но на нашем, 2-м Украинском фронте, еще продолжалась борьба. Воины 72-й дивизии преследовали и уничтожали разрозненные, скрывавшиеся по лесам части противника, отказавшиеся сложить оружие. Схватки возникали неожиданно и носили ожесточенный характер. В этих последних схватках дивизия несла потери. Это были самые горькие потери, отдававшиеся в сердце глубокой болью.

Наконец и для нас наступил мир. Части дивизии остановились на отдых в небольшом городке Мнишек под Прагой. Незабываемы были встречи с чехословацкими друзьями, мечты о будущем… Все это осталось со мной на всю жизнь.

Прошли годы, и мне вновь довелось побывать в этой стране. В течение двух лет - 1961-1963 годов - я был представителем командования стран Варшавского Договора при штабе одного из крупных соединений Чехословацкой народной армии. Именно тогда мне довелось близко познакомиться с этой прекрасной страной и принять участие в укреплении ее вооруженных сил. Я видел, как окрепла страна, как жизнерадостны и полны оптимизма ее люди. И подумалось тогда: нет, не напрасно шли бои, не напрасно теряли мы лучших из лучших. Не напрасно так радостно кричали освобожденные жители и победившие воины:

- Наздар! Победа!

ПЕХОТА, ТОЛЬКО КРЫЛАТАЯ

Чтобы стать мужчиной, мало им родиться,

Чтобы стать железом, мало быть рудой.

М.Львов

Случилось так, что в первый послевоенный год меня назначили командиром воздушно-десантной части. Может показаться странным: всю войну служил в матушке-пехоте, и вдруг - воздушно-десантные войска! Но если вспомнить войну, то на ней и не такое бывало. В силу ряда обстоятельств летчики попадали в танковые войска, танкисты становились кавалеристами, связисты - саперами-подрывниками. И часто воины, овладев новой специальностью, продолжали уверенно воевать в новом качестве.

Поэтому и я, когда мне в штабе округа предложили должность в воздушно-десантных войсках, согласился, хоть дело для меня было новое и не из легких. Но нам ли, фронтовикам, пасовать перед трудностями?…