Читаем Расы Европы полностью

Рис. 22 – голова мужчины в зеленом сланце, в Египетском музее, Берлин; по anon. The Art of Ancient Egypt, Phaidon Press, Vienna, 1936, Plate 166.











Рис. 23 – портрет Рахотепа, Каирский музей, по Schäfer, H., and Andrae W., Die Kunst des alten Orients, 1925, p. 222.











Рис. 24 – гипсовая маска из мастерской скульптора Тутмоса, Statlisches музей, Берлин. Schäfer and Andrae, p. 339.











Рис. 25 – статуя во владении лорда Карнавона, фронтиспис, Journal of Egyptian Archaeology, vol. 7, 1917.











Все богатство нынешнего иллюстративного материала из египетского искусства можно разделить на два класса – условные изображения и портреты. Последние демонстрируют определенный и узнаваемый тип – стройный и выносливый, с узкими бедрами и небольшими руками и ногами. Голова и лицо принадлежат к ровно очерченной изящной средиземноморской форме.

Эти портреты, с другой стороны, в особой степени демонстрируют две вещи: значительное индивидуальное разнообразие как по строению тела, так и по форме головы и лица среди долихоцефалов и мезоцефалов, а также то, что многие из чиновников, придворных и жрецов, представляющих верхний класс египетского общества (но не члены семьи фараона), особенно длинноголовые, были похожи на современных европейцев. Возможно, тому причиной тот факт, что египетский нос обычно не имел высокого корня, как у месопотамцев, как они изображали в своем искусстве; а также, возможно, из-за того, что портреты, по крайней мере людские, демонстрируют бо́льшую угловатость линий и форм, чем условные изображения.

Возможно, у царских семей было некоторое отличие по типу, ибо правители часто имеют крайне долихоцефальную форму головы в сочетании с покатым лбом и сильной орлоносостью, с весьма вывернутыми ноздрями, типичный пример чего можно видеть у известной мумии Рамзеса III и нынешнего императора Эфиопии Хайле Селассие. Этот тип, вероятно, появился в древнейшие времена с истоков Нила.

Пигментация египтян была обычно смуглой; на условных изображениях мужчины представлены красным цветом, а женщины часто более светлым и даже белым цветом. Хотя волосы почти всегда неизбежно черные или темно-каштановые, а глаза карие, Хетеп-Херес II из четвертой династии, дочь Хеопса, строителя великой пирамиды, показана на цветном барельефе своей гробницы как определенная блондинка. Ее волосы окрашены в ярко-желтый цвет с красными горизонтальными линиями[166], а ее кожа белая. Эта самое древнее в мире свидетельство светлой пигментации. Позднее египетские рельефы, однако, часто представляли ливийцев светлыми[167], а в древнеегипетские времена территория ливийцев простиралась до самой дельты. Египетские картины иностранцев весьма точны; кроме ливийцев, у которых были нордическими как черты, как и пигментация, также показаны азиаты с выдающимися носами и вьющимися волосами, народы моря со Средиземноморья со светлой кожей и более отчетливыми чертами лица, чем египтяне, а также негроиды. Очевидно, светлая пигментация Хетеп-Херес II скорее принадлежала дельте и ее связям с востоком и западом, нежели собственно Египту, потому что она никогда не повторялась в качестве важной детали, типичной для египтян. Средиземноморская пигментация египтян, видимо, несильно изменилась за последние пять тысяч лет.

5. Северная Африка в неолите

Учитывая важность Северной Африки как одного из двух главных коридоров неолитического проникновения в Европу, крайне печален тот факт, что здесь найдено очень мало человеческих останков. Небольшое количество черепов из Редеефа и Тебессы около границы Алжира и Туниса – это единственные описанные неолитические находки, в которых мы можем быть уверены[168].

Все они принадлежат к той разновидности средиземноморского типа, которую мы уже видели в Мугем: низкий рост, тонкое тело, долихо– и мезоцефалия. Они в целом меньше большинства древних египтян и более короткоголовы, чем маленькие бадарийцы. Их нельзя вывести из собственно Египта или любой известной популяции дельты, если несколько уже упомянутых меримдийских скелетов можно рассматривать в качестве типичных для этой области. Эта небольшая и географически ограниченная группа является локальной формой средиземноморского типа той же самой разновидности, которая, вероятно, ранее пересекла пролив, проникнув на Иберийский полуостров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тайны нашего мозга или Почему умные люди делают глупости
Тайны нашего мозга или Почему умные люди делают глупости

Мы пользуемся своим мозгом каждое мгновение, и при этом лишь немногие из нас представляют себе, как он работает. Большинство из того, что, как нам кажется, мы знаем, почерпнуто из «общеизвестных фактов», которые не всегда верны...Почему мы никогда не забудем, как водить машину, но можем потерять от нее ключи? Правда, что можно вызубрить весь материал прямо перед экзаменом? Станет ли ребенок умнее, если будет слушать классическую музыку в утробе матери? Убиваем ли мы клетки своего мозга, употребляя спиртное? Думают ли мужчины и женщины по-разному? На эти и многие другие вопросы может дать ответы наш мозг.Глубокая и увлекательная книга, написанная выдающимися американскими учеными-нейробиологами, предлагает узнать больше об этом загадочном «природном механизме». Минимум наукообразности — максимум интереснейшей информации и полезных фактов, связанных с самыми актуальными темами; личной жизнью, обучением, карьерой, здоровьем. Приятный бонус - забавные иллюстрации.

Сэм Вонг , Сандра Амодт

Медицина / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Избранные труды о ценности, проценте и капитале (Капитал и процент т. 1, Основы теории ценности хозяйственных благ)
Избранные труды о ценности, проценте и капитале (Капитал и процент т. 1, Основы теории ценности хозяйственных благ)

Книга включает наиболее известные произведения выдающегося экономиста и государственного деятеля конца XIX — начала XX века, одного из основоположников австрийской школы Ойгена фон Бём-Баверка (1851—1914) — «Основы теории ценности хозяйственных благ» и «Капитал и процент».Бём-Баверк вошел в историю мировой экономической науки прежде всего как создатель оригинальной теории процента. Из его главного труда «Капитал и процент» (1884— 1889) был ранее переведен на русский язык лишь первый том («История и критика теорий процента»), но и он практически недоступен отечественному читателю. Работа «Основы теории ценности хозяйственных благ» (1886), представляющая собой одно из наиболее удачных изложений австрийского варианта маржиналистской теории ценности, также успела стать библиографической редкостью. В издание включены также избранные фрагменты об австрийской школе из первого издания книги И. Г. Блюмина «Субъективная школа в политической экономии» (1928).Для преподавателей и студентов экономических факультетов, аспирантов и исследователей в области экономических наук, а также для всех, кто интересуется историей экономической мысли.УДК 330(1-87)ББК 65.011.3(4Гем) ISBN 978-5-699-22421-0

Ойген фон Бём-Баверк

Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука