Читаем Рассвет полностью

— И ты возбуждаешься уже и от моего присутствия тоже?

— Я выхожу на ступень половой зрелости. По мере перемен, происходящих в моем теле, время от времени и еще неоднократно я буду переживать подъем подобных ощущений, хотя органов, обычно использующихся для половой связи, у меня может еще и не быть. Для сравнения можно также привести ощущения в ампутированной конечности, которой уже нет, но рецепторные сигналы от которой все еще поступают. Нога, которой нет, но которая по-прежнему чешется. Я слышало, что у вас людей, так иногда бывает.

— Я об этом слышала, но…

— Я буду испытывать возбуждение, даже если останусь одно. И в твоем присутствии, Лилит, я испытываю не большее возбуждение, чем в полном одиночестве. Хотя с тобой мне лучше, чем одному — я уже говорило тебе об этом.

Внезапно голова и тело Никани покрылись узлами, свившимися из всех имеющихся щупалец.

— Дай мне еще поесть!

Она отдала ему папайю и все орехи, которые принесла с собой. Никани расправился с ними в два счета.

— Так немного лучше, — сказало оно. — Еда немного отвлекает, дает возможность ненадолго забыться.

Они присела к оолой на кровать и спросила:

— Что же с тобой творится?

— Когда мои родители узнают, что происходит со мной, они тут же пошлют за Ахайясу и Дайчаан.

— Хочешь, я поищу их где-нибудь? Твоих родителей.

— Не нужно.

Никани потерло руками платформу кровати под собой.

— Они и так все узнают — стены предупредят их. Наверняка они уже в курсе. Материал стен тут же реагирует на начало метаморфозы.

— И что же такое происходит со стенами — они по-другому выглядят или иначе пахнут?

— Да.

— Что «да» — и то и другое? Но я не замечаю в стенах ничего необычного.

— Со временем ты научишься это видеть, потому что стены очень сильно меняются.

Внезапно оолой резко сменило тему разговора:

— Сон во время метаморфозы бывает очень глубоким, Лилит, — сообщило оно. — Поэтому не пугайся если вдруг тебе покажется, что я долгое время никак не реагирую на твое присутствие.

— Хорошо.

— Ты останешься со мной?

— Я же сказала, что останусь.

— А я боялось… но теперь все хорошо. Ляг со мной и подожди, пока не придут Дайчаан или Ахайясу.

У нее не было никакого желания ложиться, она уже и без того отлежала себе все бока, но послушно растянулась рядом с Никани.

— Когда они придут и соберутся нести меня к Ло, помоги им. Сделай так, и они поймут о тебе все, что им нужно знать.

11

Проводы.

Никакой особой церемонии не было. Когда наконец появились Ахайясу и Дайчаан, Никани давно уже глубоко спало, его щупальца все до одного свешивались с кровати к полу, расслабленно поникнув.

Ахайясу могла унести Никани одна. Подобно всем женским особям оанкали, она была очень крупной и сильной, по мнению Лилит, даже сильнее и крупнее Тедиин. Ахайясу и Дайчаан были братом и сестрой, как то и было заведено в семьях оанкали. Мужская и женская особи являлись близкими родственниками, в то время как оолой приглашался со стороны. Одним из переводов слова оолой было «долгожданный чужак». По словам Никани, такое сочетание близко родственной с совершенно чужой кровью было наилучшим в том случае, когда появившийся на свет ребенок предназначался для заранее определенного специального рода деятельности, в данном случае для налаживания связей по обмену с другими цивилизациями. Мужчина и женщина каждый давали от себя в необходимой доле нужные качества, а оолой следило за тем, чтобы равновесие было достигнуто в полной мере. Тедиин и Йядайя были двоюродными братом и сестрой. К своим детям они не питали особенно горячих чувств, что также было обычно.

Ахайясу легко, словно маленького ребенка, подняла Никани и без труда держала его, пока Лилит и Дайчаан подхватывали оолой за плечи. Ни Дайчаан, ни Ахайясу не выказали удивления по поводу участия Лилит.

— Оно рассказывало нам про тебя, — сказала ей Ахайясу, когда они несли Никани по длинному низкому коридору. Процессию возглавляло Кахгуяхт, открывающее перед ними двери. Позади шли Йядайя и Тедиин.

— Оно мне тоже немного рассказывало о вас, — отозвалась Лилит, впрочем не очень уверенно. Ход развития событий был слишком быстрым для нее. Просыпаясь сегодня, она даже не представляла себе, что через несколько часов покинет Каал — расстанется с Тедиин и Йядайей, ставшими для нее такими привычными, частью уюта. О том, что она расстается с Кахгуяхтом, Лилит конечно же не сожалела ни на секунду, тем более что, к большому ее раздражению, оолой, приведшее Ахайясу и Дайчаан, сообщило ей, что довольно скоро они, скорее всего, снова встретятся. Обычай и этические условности позволяли Кахгуяхту навещать Никани во время метаморфозы. Как и Лилит, Кахгуяхт пахло для Никани нейтрально, не вызывало в нем нежелательных эмоций и не возбуждало.