Читаем Рассвет полностью

Я понял, как тяжело было Ли. Ей все время приходилось это видеть, слышать мысли Сэма. Ясное дело, мы ей сочувствовали, не звери же – в этом отношении, по крайней мере. Но нас бесило, как она справлялась со своей болью – вымещала ее всю на нас, чтобы нам было так же плохо.

Теперь я очень хорошо ее понимал. Разве можно скрыть такую боль? Разве можно не пытаться ее облегчить, отдав хоть маленький кусочек другим?

И если уж мне придется стать вожаком стаи, разве смогу я винить Ли за то, что она забрала мою свободу? На ее месте я поступил бы точно так же, сделал бы что угодно, желая убежать от боли.

Через секунду Розали ветром пролетела мимо нас на кухню, оставив за собой горелый запах. Скрипнула дверца буфета.

– Не прозрачную, Розали, – сказал Эдвард.

Белла посмотрела на него с любопытством, а он только качнул головой.

Розали опять пронеслась через гостиную.

– Это ты придумал? – хрипло спросила Белла, стараясь говорить как можно громче, чтобы я услышал. Опять забыла, какой у меня слух. Мне нравилось, что она часто забывала о том, кто я на самом деле. Я подошел ближе, чтобы она не тратила силы.

– Я тут ни при чем. Просто твой вампир читал мои нехорошие мысли.

Белла улыбнулась.

– Я думала, ты не вернешься.

– Ага, я тоже.

Было странновато стоять посреди гостиной, но вампиры оттащили всю мебель к стенам, чтобы освободить место для аппаратуры. Их это, похоже, не волновало: какая разница, сидеть или стоять, когда ты сделан из камня. Мне бы тоже было все равно, не будь я таким уставшим.

– Эдвард рассказал, что тебе пришлось сделать. Мне очень жаль.

– Ничего страшного. Рано или поздно приказы Сэма мне бы надоели.

– И Сету? – прошептала Белла.

– Он рад тебе помочь.

– Так ужасно, что из-за меня у вас неприятности…

Я хохотнул – получилось больше похоже на лай.

Белла едва слышно вздохнула.

– Опять я за свое, да?

– Вроде того.

– Ты не обязан смотреть, как я это делаю, – почти беззвучно проговорила она.

Да, я мог уйти. Так было бы лучше. Но, судя по Беллиному виду, это могли быть последние минуты ее жизни.

– Да мне и пойти-то некуда, – как можно спокойнее ответил я. – К своим не очень хочется, там теперь Ли.

– Ли? – выдохнула Белла.

– Ты ей не рассказал? – спросил я Эдварда.

Он пожал плечами, не отрывая взгляда от Беллы. Я понял, что новость не особо его взволновала, и он не счел нужным ею делиться, когда вокруг творится такое.

Белла восприняла все иначе. Новость показалась ей плохой.

– Почему? – прошептала она.

Я не собирался пересказывать ей всю историю, уж очень она длинная и запутанная.

– Чтобы присматривать за Сетом.

– Но Ли нас ненавидит…

Нас. Здорово! Впрочем, я понял, отчего Белла так напугана.

– Ли не будет никого доставать. – Кроме меня. – Она в моей стае… – Я нахмурился. – …и подчиняется моим приказам. – Уф. Белла мне явно не поверила. – Значит, Ли ты боишься, а с психованной вампиршей вы лучшие друзья!

Со второго этажа донеслось шипение. Клево, Розали меня услышала.

Белла помрачнела.

– Не надо. Роуз… все понимает.

– Ага. Она понимает, что скоро ты умрешь, но ей плевать, лишь бы мутантское отродье выжило!

– Не будь кретином, Джейкоб, – прошептала Белла.

Я не смог на нее разозлиться: уж больно слабой она выглядела. Вместо этого я улыбнулся.

– Против себя не попрешь.

Белла тоже попыталась улыбнуться, но сил хватило только приподнять уголки меловых губ.

Тут в гостиной появились Карлайл и психованная. Карлайл держал в руке белую закрытую кружку с соломинкой. «Не прозрачную» – так вот о чем говорил Эдвард! Он не хотел, чтобы Белла лишний раз думала о том, что пьет. Хотя содержимого кружки было не видно, я учуял запах.

Карлайл помедлил, его рука замерла в воздухе. Белла посмотрела на нее и, видимо, опять испугалась.

– Может, что-нибудь другое придумать… – тихо сказал Карлайл.

– Нет, – прошептала Белла. – Нет, сначала попробуем это. Времени нет…

Сперва я решил, что она наконец-то поняла, какой опасности себя подвергает. Но она снова погладила живот.

Белла взяла у Карлайла кружку. Ее рука немного задрожала, и я услышал внутри плеск. Белла попыталась опереться на локоть, но ей едва хватило сил приподнять голову.

Так ослабела всего за день! По моей спине прошла волна жара.

Розали подложила руку под Беллины плечи, словно помогала новорожденному держать головку, – видно, совсем на детях свихнулась.

– Спасибо, – шепнула Белла и окинула нас застенчивым взглядом. Она еще смущается! Будь у нее силы, покраснела бы.

– Не обращай на них внимания, – проворковала Розали.

Мне стало неловко. Жаль, я не ушел, когда предлагали. Вечно суюсь куда не надо! Я подумал, не выскочить ли за дверь, но потом решил, что так Белле будет еще труднее. Она подумает, что мне противно. Почти правда.

И все-таки, пусть я не хотел нести ответственность за эту идею, казнить себя за нее я не собирался.

Белла поднесла кружку к лицу и понюхала соломинку. Вздрогнула, поморщилась.

– Белла, милая, давай придумаем другой способ, – сказал Эдвард и потянулся к кружке.