Читаем Расстояние полностью

Посещать склад больше не требуется. Йоханссон уже все разведал, повторять попытку не стоит. Повторение порождает привычки, а этого надо избежать, особенно когда за тобой следят. Сегодня закат принес с собой туман, размывающий все изображения, люди казались словно вылепленными из глины. Идеальный момент, чтобы оторваться от хвоста. Два человека в панике бегают по улицам. Что ж, он ничем не может им помочь.

Итак, он на месте.

Стоит в главном помещении и смотрит на разбитое окно.

Еще раз. Измерь расстояние шагами.

Необходимо все закончить, пока клиника закрыта.

Сначала прийти сюда. Вывести из строя камеры. (Йоханс сон знал, что они следят за ним, поэтому старался не поднимать глаза.) Затем вернуться в лагерь. Кейт будет в клинике, рядом со своими инструментами, или ходить из угла в угол наверху в комнате, пересчитывая, сколько жизней она спасла.

Она должна пойти с ним по собственной инициативе.

Он скажет ей, что кто-то просит ее о помощи, придумает такой случай, чтобы никто другой, кроме нее, не мог помочь. Женщина. Перепуганная женщина из участников Программы, прячущаяся на заброшенном складе, боясь преследователей… Кейт будет собирать вещи, интересоваться деталями: куда ее ранили? Сильное ли кровотечение? Есть ли кто-то рядом? Сможет ли этот человек остановить кровь? Она будет говорить быстро, по-деловому. Она ему доверяет. Ей в голову не придет, что он лжет.

Кейт выйдет из клиники и быстро пойдет рядом с ним. О пустяках она говорить не будет, если вопросов не возникнет, она будет молчать и думать об очередном пациенте, которого должна спасти.

За ними обязательно последует хвост. От него надо оторваться. Предстоит убедить ее, что от хвоста необходимо избавиться.

С этим Йоханссон справится.

Он будет рядом, и это ее успокоит. Они доберутся до места, и он пропустит ее вперед. Внезапно положит руку на плечо: «Подожди».

У нее не возникнет чувства разочарования, предательства, не будет страха и боли. Все закончится быстро. Она ничего даже не поймет.

Затем Йоханссон спрячет тело, чтобы ее никто не нашел.

Через несколько часов придут ремонтники, чтобы починить камеры, но его уже давно здесь не будет.

Он снова и снова перебирает все в голове. Необходимо вместе с ней пережить тревогу, увидеть вспышку предчувствия в уголке глаза. На него давит ощущение, что он не учел какую-то мелочь. Что же это? Что не так? Камеры? Время? История с пациенткой? Кейт может заподозрить, что это ловушка?

От Карлы по-прежнему нет вестей. Ничего о клиенте. Но Филдинг сказал, что они пришли с рекомендациями. Это просто месть. Холодная и хорошо просчитанная.

А что, если тебя здесь кто-то ждет?

Он тоже будет начеку.

Сделай же свою работу. Сделай чисто, быстро и беги отсюда.

Туман становится все плотнее – на расстоянии четырех метров ничего не видно, – Йоханссон всматривается до рези в глазах, воздух кажется зернистым, и в массе этих зернышек перемещаются люди. Головная боль сдавливает голову и затягивается узлом в затылке. Рана на спине становится горячей и даже набухает. Брайс прав, он проигрывает, допускает ошибки. Однако сегодня Брайс не нападет, даже если сможет найти его в тумане. Ему надо, чтобы Джексон еще помучился, покрывался холодным потом, оглядываясь, чтобы помнил каждую секунду ощущения, будто палец проникает в рану на спине…

Стоит Йоханссону выйти на дорогу, как впереди вырастают две мужские фигуры. Из-за игры света они кажутся непомерно большими, отчего он вздрагивает, но в следующую секунду приходит в себя и понимает, что это просто люди, следующие правилам и прячущие взгляд. Йоханссон знает правила, поэтому опускает голову, и они проходят мимо.

В конце улицы он находит телефон-автомат. Соединение и сонное бормотание Филдинга:

– Угу?

Йоханссон представляет, как тот тянется к своему «Ролексу», всегда лежащему на прикроватной тумбочке.

– Не разбудил? – спрашивает он, и Филдинг тихо чертыхается.

Слышны шумы на заднем плане, Филдинг встает и выходит в другую комнату. Слова разлетаются с эхом. Где он? В ванной? В коридоре?

– Да, сынок.

– Все в порядке.

– Уверен?

– Да.

Тишина. Филдинг пытается понять, не лжет ли он. Йоханссон ждет.

– Тогда ладно, – звучит наконец из трубки.

Йоханссон с облегчением вздыхает.

На очереди Карла. Он найдет другой таксофон. Все телефоны прослушиваются, не стоит рисковать.

Йоханссон выходит из будки, влажность пропитывает одежду, добираясь до кожи. Становится холодно.

Слева приближается патрульный автомобиль, свет фар разрезает туман, на крыше сегодня разместился дополнительный охранник. Он кажется Йоханссону нервным и напряженным.

Справа появляется мужчина с пакетом в руке и идет в его сторону. Йоханссон привычно опускает глаза, когда тот подходит ближе, но незнакомец почему-то не отводит глаз, а останавливается и смотрит в упор.