Читаем Рассказы полностью

Мелкие улочки, выходящие на главную, сперва разбегаются веером вдоль выстроившихся рядами небольших уютных коттеджей, а потом, поднимаясь в гору, переходят в извилистые дороги и аллеи, усаженные кустарниками. Чем ближе к вершине утеса, тем реже и крупнее становятся дома. Обитатели этих особняков являются подлинными хозяевами острова. Большинство из них - почтенные джентльмены на склоне лет, влачащие безбедное существование на доходы от капиталов, нажитых в прежние времена; они купили себе места в островной колонии, чтобы провести остаток дней, заботясь о своем здоровье, да и поигрывая в гольф с себе подобными. На Куффиньял они допускают ровно столько торговцев, мастеровых, обслуги и прочего люда, сколько им требуется для уютной жизни.

Вот что такое Куффиньял.

Время уже было за полночь. Я сидел на втором этаже самого крупного особняка на острове в окружении свадебных подарков общей стоимостью от пятидесяти до сотни тысяч долларов.

Из всего того, чем приходится заниматься частному сыщику (за исключением дел о разводах, за которые Континентальное Детективное Агентство не берется), я меньше всего люблю свадьбы. Как правило, мне удается избегать их, но на сей раз мне не посчастливилось. Дика Фоули, который специализируется у нас по свадьбам, за день до торжества крепко разукрасил некстати подвернувшийся недружелюбный карманник. Так случилось, что Дик вышел из игры, а мне пришлось его заменить. Сегодня утром я прибыл на Куффиньял - два часа на пароме от Сан-Франциско, а потом на автобусе, - а завтра утром вернусь во Фриско.

Свадьба была не хуже и не лучше большинства подобных церемоний. Бракосочетание состоялось в каменной церквушке у подножия утеса. Затем особняк начал заполняться гостями. Просторный дом буквально кишел ими вплоть до тех пор, пока новобрачным не удалось ускользнуть в город на поезд, который должен был увезти их на восток, в свадебное путешествие.

Среди гостей был представлен весь свет. Адмирал и парочка пэров из Англии; экс- президент одной из южно-африканских стран; датский барон; высокая русская принцесса в окружении менее титулованной знати, среди которой выделялся тучный, лысый, как коленка, словоохотливый и чернобородый русский генерал, битый час рассказывавший мне о боксе, который он обожал, но в котором совершенно не разбирался; посол одного из государств центральной Европы; судья из Верховного Суда; и уйма других выдающихся и влиятельных особ.

По правилам, сыщик, охраняющий подарки, должен смешаться с гостями и быть как можно более неприметным. В действительности так никогда не получается. Сыщику приходится львиную долю времени дежурить у подношений, так что его неизбежно замечают. Кроме того, восемь, а то и десять гостей из числа присутствующих ранее уже обращались в наше Агентство за помощью, и потому знали меня. В этом, конечно, особой беды нет, так что в целом все проходило достаточно спокойно.

Правда, пара друзей жениха, разгоряченных вином и необходимостью поддерживать свою репутацию шутников, попытались было похитить несколько подарков из специально отведенной для тех комнаты и запрятать в фортепиано, но я был начеку и вовремя пресек эту выходку, прежде, чем дело успело зайти слишком далеко.

Вскоре после наступления темноты сырой ветер стал нагонять грозовые тучи с залива. Гости, которые жили далеко, в особенности те, кому предстояло перебираться на материк, сразу заторопились. Островитяне же задержались в доме до первых капель дождя. Потом и они ушли.

Вскоре в доме Хендриксона утихло. Музыканты и дополнительно вызванная прислуга удалились. Сбившиеся с ног домашние слуги разбрелись по комнатам. Я нашел пару сандвичей, отобрал несколько книг, прихватил удобное кресло и отнес все в комнату, где под огромным бело-серым покрывалом хранились подарки.

Кейт Хендриксон, дедушка новобрачной - она росла сиротой - просунул голову в дверь.

- У вас есть все, что вам нужно? - поинтересовался он.

- Да, спасибо.

Он пожелал мне спокойной ночи и отправился спать - высокий худой старик, стройный, как юноша.

Когда я спустился, чтобы еще разок проверить окна и двери на первом этаже, дождь лил, как из ведра и истошно завывал ветер. Убедившись, что все окна и двери на запоре и заглянув в подвал, я вернулся на место.

Я подтащил кресло к торшеру и разложил рядом на столике сандвичи, книги, пепельницу, пистолет и фонарик. Потом выключил верхний свет, закурил "Фатиму", уселся, удобно откинулся на спинку кресла, взял книгу и приготовился к ночному бдению.

Книга называлась "Владыка океана". В ней рассказывалось о некоем Хогарте. Сильный, жестокий и скорый на расправу, он поставил себе скромную цель завладеть миром. Заговоры и интриги, похищения людей и убийства, побеги из тюрем, ограбления и подделки, брильянты величиной со шляпу, плавучие острова размером с Куффиньял - чего в романе только не было. Причем воспринималось все это так, словно происходило в реальности.

Хогарт продолжал злодействовать вовсю, когда погас свет.