Читаем Рассказы полностью

- Кое-что. Человек по фамилии Барроуз тоже был в Ногалесе во время убийства Ньюхолла и тоже сразу после этого приехал в Сан-Франциско. Кери выследил здесь Барроуза. Вы читали о том, как по улице шел голый изрезанный человек?

- Да.

- Это был Барроуз. Затем в игру вступает новый человек - парикмахер Арли. Он следил за Кери. Вчера ночью на пустынной дороге южнее города Арли стрелял в Кери. Кери убил его.

Глаза старого адвоката выкатились еще на один сантиметр.

- На какой дороге? - задыхаясь спросил он.

- Вам точно назвать место?

- Да!

Я подтянул к себе его телефон, позвонил в агентство, попросил прочесть отчет Дика и назвал адвокату место.

Это произвело на него впечатление. Он вскочил с кресла. Морщины на его лице блестели от пота.

- Мисс Ньюхолл там одна! Это мешто меньше чем в километре от ее дома!

Я нахмурился и постучал полушариями друг об дружку, но ни к какому выводу не пришел.

- А если я пошлю человека присмотреть за ней? - предложил я.

- Великолепно! - Его встревоженное лицо разгладилось, так что на нем осталось не больше пятидесяти или шестидесяти морщин;

- Ей хочетша побыть там одной пошле смерти отца, наедине шо швоим горем. Вы пошлете надежного человека?

- По сравнению с ним Гибралтарская скала - осиновый листок на ветру. Дайте мне для него рекомендательную записку. Его зовут Эндрю Макэлрой.

Пока адвокат писал записку, я снова позвонил в агентство и попросил телефонистку разыскать Энди и сказать ему, что он мне нужен. Перед тем, как вернуться в агентство, я пообедал. Энди уже ждал меня на месте.

Энди Макэлрой был человек-валун, не очень высокий, но почти квадратный и крепкий - как в смысле физическом, так и в смысле лба. Угрюмый суровый мужчина с воображением арифмометра. Я даже не уверен, что он умел читать. Но я был уверен, что, если Энди прикажут что-то сделать, он сделает это, и ничего другого. Другого он придумать не сможет.

Я дал ему записку адвоката для мисс Ньюхолл, сказал, куда ехать и что делать, и с этой минуты о мисс Ньюхолл мог уже не заботиться.

Трижды в конце дня я получал донесения от Дика Фоули и Мики Линехана. Том-Том Кери ничего выдающегося не предпринимал, хотя купил в спортивном магазине на Маркет-стрит две коробки патронов 11,17 миллиметров.

В вечерних газетах появились фотографии Большой Флоры Брейс и Анжелы Грейс Кардиган с заметками об их побеге. Факты в них выглядели неправдоподобно, как всегда выглядят в газетных заметках. На другой странице сообщалось, что в глухом месте, на дороге найден убитый парикмахер. Прострелены голова и грудь - в общей сложности четыре пули. По мнению окружных властей, он погиб, сопротивляясь грабителям, но бандиты бежали, ничего не взяв.

В пять часов в дверь заглянул Томми Хаул.

- К вам опять этот Кери.

- Давай его сюда, - сказал я веснушчатому парню. Смуглый человек вошел не торопясь, сказал: "Привет", сел и свернул коричневую самокрутку.

- У вас на вечер особенных дел нет? - спросил он, закурив.

- Таких, чтобы не отложить их ради чего-то лучшего, нет. Гостей собираете?

- Угу. Надумал. Только не гостей, а в гости к Папе-до-полу. Поедете со мной?

Настал мой черед сказать:

- Угу.

- Я подберу вас в одиннадцать - на углу Ван-Несс и Гири, - с растяжкой сказал он. - Только компания будет тесная: вы и я... и он.

- Нет, с нами должен быть еще один. Я его приведу.

- Мне это не нравится. - Том-Том Кери медленно покачал головой и благодушно нахмурился, не вынимая изо рта самокрутку. - Вас, сыщиков, получается больше. Должно быть один на один.

- Нас не получится больше, - объяснил я. - Этот фрукт, которого я беру, - ни на моей стороне, ни на вашей. И вам не повредит, если будете присматривать за ним так же внимательно, как я, - постарайтесь, если можно, чтобы он не оказался ни у вас, ни у меня за спиной.

- Тогда на кой вы его тащите?

- Колесики в колесиках, как сказано в Писании. - Я улыбнулся.

Смуглый человек опять нахмурился, уже не так дружелюбно.

- Сто шесть тысяч долларов награды - я ни с кем делиться не намерен.

- Справедливо, - согласился я. - Кого я приведу, требовать долю не будет.

- Поверю вам на слово. - Он встал. - Так мы должны приглядывать за этим малым, да?

- Если хотим, чтоб все прошло благополучно.

- Положим, он станет мешать нам, валять дурака. Мы его можем делать или только скажем: "Бяка! Бяка!"?

- Ему тоже придется рисковать.

- Годится. - Его жесткое лицо опять стало добродушным, когда он повернулся к двери. - В одиннадцать на углу Ван-Несс и Гири.

Я вошел в комнату оперативников, где, развалясь в кресле, Джек Конихан читал журнал.

- Надеюсь, вы придумали мне какое-нибудь дело, - приветствовал он меня. - У меня пролежни от этого кресла.

- Терпение, сынок, терпение - вот чему надо научиться, если хочешь стать сыщиком. Мне, например, когда я был парнишкой твоих лет и только поступил в агентство, мне повезло...

- Ой, не надо опять, - взмолился он. Но тут же его молодое миловидное лицо стало серьезным. - Не понимаю, почему вы держите меня на насесте. Кроме вас, я единственный, кто хорошенько разглядел Нэнси Риган. Казалось бы, вы меня должны послать на розыски.