Читаем Рассказ предка полностью

Издавание звуков в социальных целях эволюционировало независимо у птиц, млекопитающих, сверчков и кузнечиков, цикад, рыб и лягушек. Электролокация, использование слабых электрических полей для навигации, эволюционировала несколько раз, как мы увидели в "Рассказе Утконоса". А также и - вероятно, вытекающее из нее - использование электрических токов в качестве оружия. Физика электричества одна и та же во всех мирах, и мы с определенной степенью уверенности можем сделать ставку на повторную эволюцию существ, использующих ее как для навигации, так и в целях нападения.

Истинный машущий полет, в противоположность пассивному планированию или парашютированию, похоже, эволюционировал четыре раза: у насекомых, птерозавров, летучих мышей и птиц. Парашютирование и планирующий полет различных типов эволюционировал множество раз, вероятно, сотни раз независимо, и вполне может быть, что является эволюционным предшественником настоящего полета. Примеры включают ящериц, лягушек, змей, "летучих" рыб, кальмаров, шерстокрылов, сумчатых и грызунов (дважды). Я бы поставил кучу денег на то, что планеристы будут возникать в кауффмановских перезапусках, и разумную сумму на настоящий машущий полет.

Реактивная тяга, возможно, эволюционировала дважды. Ее используют головоногие моллюски, при высокой скорости случае кальмаров. Другой пример, который мне приходит в голову - также моллюск, но не высокоскоростной. Гребешки преимущественно живут на морском дне, но изредка плавают. Они ритмично открывают и закрывают свои две створки, как пару щелкающих кастаньет. Вы можете подумать (я бы подумал), что это должно двигать их "назад", в направлении, противоположном хлопку. На самом деле, они движутся "вперед", как будто прогрызая себе путь в воде. Как это может быть? Ответ в том, что хлопающие движения прокачивают воду через пару отверстий позади креплений. Эти две струи толкают животное "вперед". Эффект противоинтуитивен, почти комичен.

Как насчет вещей, которые эволюционировали лишь однажды или вообще ни разу? Как мы узнали из "Рассказа Ризобия", колесо с настоящими, свободно вращающимися подшипниками, похоже, эволюционировало только однажды, у бактерий, прежде чем было, наконец, изобретено в человеческой технологии. Язык также, очевидно, эволюционировал только у нас: то есть по крайней мере в 40 раз реже, чем глаза. Неожиданно трудно представить "хорошие идеи", которые бы эволюционировали только однажды.

Я поставил эту проблему перед моим оксфордским коллегой, энтомологом и натуралистом Джорджем МакГэвином (George McGavin), и он выдал любопытный список, но все таки короткий в сравнении со списком вещей, эволюционировавшими много раз. Жуки-бомбардиры, принадлежащие к роду Brachinus, уникальны по опыту д-ра МакГэвина тем, что смешивают химикаты для произведения взрыва. Компоненты производятся и содержатся в раздельных (разумеется!) железах. Когда угрожает опасность, они впрыскиваются в камеру около заднего конца жука, где взрываются, выстреливая едкую (и разогретую до кипения) жидкость через направленное сопло во врага. Этот пример хорошо известен креационистам, которые его любят. Они думают, что его эволюция через последовательные ступени явно невозможна, поскольку промежуточные формы все взрывались бы.

Следующей в списке МакГэвина стоит брызгуновая рыба семейства Toxotidae, которая, вероятно, уникальна в стрельбе снарядом, чтобы сбить добычу на расстоянии. Она поднимается на поверхность и плюет набранной в рот водой на сидящее насекомое, сбивая его в воду, где и поедает. Другим возможным кандидатом на роль "сбивающего" хищника может быть муравьиный лев. Муравьиные львы - это личинки насекомых отряда сетчатокрылых (Neuroptera). Как и многие личинки, они выглядят совсем непохоже на взрослых. Со своими громадными челюстями они были бы хорошими кандидатами на роль в фильме ужасов. Каждый муравьиный лев прячется в песке, под самой поверхностью у основания конической ямки-ловушки, которую он роет сам. Он роет, с силой откидывая песок наружу из центра - это вызывает миниатюрные оползни краев ямки, и законы физики делают остальное, аккуратно формируя конус. Добыча, обычно муравьи, падает в ямку и скатывается по крутым склонам в челюсти муравьиного льва. Возможное сходство с брызгуновой рыбой в том, что добыча падает не только пассивно. Иногда ее сбивают в ямку песчинки. Они, однако, не столь нацелены, как плевки брызгунковой рыбы, наводимые с сокрушительной точностью сфокусированными бинокулярными глазами.