— Ничего, без него обойдемся, если догоним. Против нашего «Цесаревича» с «Ретвизаном» броненосному крейсеру не устоять, спасение исключительно в бегстве. Хотя да — три быстроходных броненосца лучше, чем два. Но учтите, за нами «Полтава» с «Севастополем», в прикрытии находятся — мало ли что. Но тогда и «Баян» по тем же причинам нужен — нам сейчас каждый корабль дорог. Ладно, чего тянуть — пробежались достаточно далеко, пора и нашим крейсерам делом заняться. Дайте сигнал Эссену — «зайти в голову неприятеля, держать ход двадцать узлов». Заодно и посмотрим, сможет ли «Диана» такой ход набрать без «перегрузки» машин. На испытаниях у нее девятнадцать с половиной узла вышло при форсировке, здесь восемнадцать с половиной едва набрала пару раз. Скверно построили нашу «Дашку», но вроде перегрузку на ней Кутейников здорово снизил, даже палубный настил выдрали, однако носовую оконечность порядком облегчили.

Матусевич смотрел на крейсера, на «Аскольде» подняли сигнал к «исполнению», и все пять труб корабля густо задымили. Несмотря что корабль воевал с первого дня войны, как и «Новик», который также наспех отремонтировали, двадцать узлов он набрал достаточно быстро.

— Хм, Николай Александрович, а вы оказались правы — «Диана» держит такой ход. Бог ты мой, лишний узел за счет снижения перегрузки, а ведь и двадцать с половиной сможет выдать — идет на волну легко, гораздо лучше, чем раньше. Уверенно держит ход, не отстает от флагмана.

— Думаю, и двадцать один сможет набрать, если кочегары пластами лягут, — задумчиво произнес Матусевич. Он сам сомневался в чужой подсказке, но в очередной раз убедился в ее правоте. И произнес:

— После капитального ремонта с заменой котлов и машин, а так же если подобрать еще и винты, то новым «шеститысячникам» уступать «богини» не будут. Не знаю, как насчет двадцати трех узлов по контракту, но двадцать два узла могут и держать, а то на половинку и побольше, как раз на уровне «собачек» держаться будут. Надо же, Роберт Николаевич, но «Диана» сейчас выдала скорость большую, чем которую она достигла на ходовых испытаниях сразу после постройки.

— Удивительно, но подобное у нас уже было раз, когда на «Императоре Николае I» котлы заменили, и он чуть ли не до семнадцати узлов дотянул, превысив на два узла достигнутую скорость. Но на крейсере котлы и машины не меняли, только носовую конечность существенно «облегчили», как и сам корабль, впрочем. Но двадцать узлов великолепный результат — «богиня» теперь сможет убежать от «асамоидов», если столкновение произойдет, и догнать любой малый японский крейсер, а при волне и «собачку» настигнет. Да и угля можно усиленный запас принять — тогда дальность плавания на уровне будет, не меньше, чем у «Аскольда» с его германскими машинами… Так-так, а ведь мы «Асаму» догоняем, она почему-то начинает понемногу «притормаживать» — не больше шестнадцати узлов ход стал.

Вирен впился глазами в удирающий вражеский крейсер — мощная оптика позволяла разглядеть его в деталях, хотя расстояние примерно в семь с половиной миль. Николай Александрович тоже внимательно оглядел вражеский крейсер — и да, либо тот стал чуть отставать, либо «Аскольд» чересчур разогнался и идет на двадцати одном узле. Нет, не может быть такого — «Диана» отнюдь не отстает, в три минуты милю «поглощает».

— «Асама» ход на половинку узла «скинула», а вот Эссен чуточку прибавил, рвется в драку Николай Оттович. Не терпится огонь открыть — сейчас попавший в «собачку» снаряд ей ход живо собьет, а там и добить можно будет, — Вирен оскалился, как волк, и жестко подытожил с прорвавшейся в голосе кровожадной свирепостью:

— Я их, собак, давно мечтаю изловить, и шкуру ободрать!

— Отловим, Роберт Николаевич, отловим! Если «Асаме» сейчас трубы пробить, то поневоле ход уменьшится. Николай Михайлович, дайте полный ход, хоть на узел прибавьте, сами видите, что происходит.

Матусевич посмотрел на командира броненосца — капитан 1-го ранга Иванов тут же отдал распоряжение. В том, что «Цесаревич» прибавит в скорости никто не сомневался. Корабль французской постройки «ходок» изрядный, даже «иноков» обгонит. А вот «Ретвизан» немного отстанет, но в бою с «Асамой» его пушки сразу не потребуются, зато, когда добивать придется, то броненосному крейсеру никак не устоять против двенадцатидюймовых снарядов, на попадания которых его броня не рассчитывалась…

Крейсер «Аскольд» в русско-японскую войну проявил себя крайне опасным противником для бронепалубных крейсеров японского флота — имея дюжину 152 мм орудий и ход свыше 23 узлов он мог догнать ЛЮБОГО из них…

<p>Глава 3</p>

— Фок на перешейке с двумя полками, я здесь, и здесь намного легче, Анатолий Михайлович, у меня фронта три версты со всеми изгибами и куском побережья, да старик Надеин со своими батальонами, что костьми здесь ляжет, но не отступит и ни пяди землицы японцам не отдаст.