Венслов помогла ангелу подняться на ноги. Стоя, хоть и согнувшись от боли, гилдмастер возвышалась над воздушным 'джеком. Ангел, шатаясь, прошла несколько шагов, и прижала обгоревшую руку ко лбу.

- Вы в порядке, Святейшая? - спросила воздушный маршал.

- Бывало и лучше, - ответила ангел. - Помоги мне дойти до той установки, - сказала она, указывая на одну из нескольких панелей среди разнообразных консолей, которые были все еще относительно целыми. - Тебе придется быть моими руками, - сказала она.

- Конечно, - сказала Венслов. Боковым зрением она увидела, что они прошли сквозь облака за то время, пока она помогала ангелу подняться на ноги. Белые башни Прахва ясно виднелись в невидимиззиумном экране.

Воздушный маршал Венслов не была, как она сказала, подготовлена к пилотированию Парелиона, но у нее был большой опыт расчета летной скорости без помощи магических инструментов или разноцветных рычагов и переключателей. Она подсчитала, что у них было, в лучшем случае, минуты три, при стабильной скорости. Но, с разбалансированной и все еще горящей двигательной установкой, никаких гарантий стабильности не было.

Панель была простой и не выглядела особо важной. На самом деле, она представляла собой не более чем прямоугольную миззиумную пластину, с единственным красным драгоценным камнем, расположенным в стороне от центра.

- Что я должна делать? - спросила Венслов.

- Нажми на камень три раза. На третьем нажатии, ты должна произнести кодовую фразу.

- Какую, Святейшая?

- "Танцующие на острие иглы".

- "Танцующие на острие иглы"?

- А смертные еще думают, что у нас нет чувства юмора, - ответила ангел. - У нас мало времени, воздушный маршал.

Венслов кивнула, подавила свое мнение о "шутке", и нажала пальцем красный камень. Один, два, три: " Танцующие на острие иглы", - сказала она.

Миззиумная панель отъехала в сторону с медленным, протяжным скрипом. Под ней располагалась пара рычагов с красными рукоятками.

- Боюсь, здесь потребуется сила ангела, - сказала Разия, - А я не смогу, к сожалению, ничем помочь.

- Я сделаю все, что в моих силах, Святейшая, - сказала Венслов и взялась за красные рычаги.

- Правый регулирует высоту, левый - повороты, - сказала ангел. – Все просто и только для экстренных случаев.

- Поворот нам не поможет. Люди погибнут независимо от того, в какую сторону мы отклонимся, - сказала Венслов. - Наша проблема во взлете. Нам нужно оставаться в воздухе.

- Согласна.

Воздушный маршал отпустила левый рычаг и обеими руками обхватила правый. Она оперлась ногой о панель управления, и потянула рычаг изо всех сил на себя.

Рычаг не двинулся с места. Башни Прахва приближались, и к удивлению Венслов ни один патрульный воздушный 'джек не вылетел им навстречу. Она попыталась снова. Безрезультатно.

Она осмотрела командный этаж в поисках какого-нибудь инструмента, чего-нибудь, что могло бы усилить ее тягу. Ничего подобного не было.

Небольшая чайка с силой ударилась о ветровой экран. Столкновение помогло Венслов рассчитать, что их скорость примерно была около ста миль в час. Когда останки птицы отпали, воздушный 'джек уже не видела небо.

Башни Прахва заполнили ветровой экран, прозрачный купол Сената был прямо у них по курсу. Если бы Парелион был стрелой, он бы летел прямо в яблочко. На этом расстоянии, она уже различала разбегающихся людей. Спустя несколько секунд, они были уже достаточно низко, чтобы разглядеть лица.

- Крокт, - выругалась она, и повернулась к ангелу. - Святейшая, ничего не...

На пару секунд раньше, чем рассчитала Венслов, Парелион врезался в купол Сената. Треск столкновения был слышен от глубин Старого Рава, до отдаленных провинций за воротами столицы, и даже заставил нефилимов сделать паузу на их пути к Центру Равники.

Глава 11

31 Цизарм 10012 П.Д.

Мик Савод Зюник с достаточным уважением относился к Селезнийской вере, но, имея отца Девкарина, знающего толк в некромантии, для уравновешивания влияния его полу-Сильханской матери, он никогда не считал себя праведным адептом религии церковников. Он даже не знал, что собой представляла эта "праведность". Он хотел быть ледев. Его влекла открытая дорога и новые приключения, ждущее его на пути. Он также хотел быть охотником, если не гилдмастером. Это были две стороны одной монеты, как и сам Мик. Хотя многие Голгари все еще поклонялись богу-зомби, его отец не был в их числе, поэтому он не особо чувствовал привязанность и к этой вере.