Читаем Расеянство полностью

5–6 (извлечение)

Б.Л.: Итак, мистер Шепаревич, разрешите начать. Сегодня исполняется ровно год с момента, когда согласно итогам референдума, проведенного на территории Эфиопии, был образован РЭП — Российско-эфиопский протекторат. Напомните вкратце нашим читателям, какие именно события предшествовали его проведению?

С.Ш.: Ну, думаю, это ни для кого не секрет. Разделение народов России и Эфиопии всегда согласно новейшим исследованиям наших историков, носило сугубо условный характер. Вследствие определенных исторических инсинуаций наши народы стали жить раздельно и вдали друг от друга. Так что никаких новшеств мы не привнесли этим референдумом — скорее, восстановили ранее существовавшее положение вещей и историческую справедливость.

Б.Л.: Каковы экономические итоги создания протектората?

С.Ш.: Они превзошли все ожидания. ВВП наших стран в отдельности вырос на 8–12%, безработица сократилась на 14–15%, производство выросло почти в два раза…

Б.Л.: Производство чего?

С.Ш.: Да всего.

Б.Л.: А как обстоят дела у предпринимателей стран-участниц?

С.Ш.: Лучше не придумаешь. Российские товаропроизводители заняты тем, что целиком и полностью обслуживают все нужды нашего же предпринимательства, которое занимается реализацией произведенной в стране продукции на Запад посредством эфиопских рынков.

Б.Л.: То есть по сути, изначально поставленная Президентом Митиным задача по преодолению санкционного барьера в результате создания РЭПа фактически достигнута?

С.Ш.: Можно и так сказать.

Б.Л.: Существуют ли у новой конфедерации проблемы с конкуренцией на внутринациональных рынках?

С.Ш.: Никаких. У нас существует для пресечения этого специальная структура — Антимонопольная служба протектората, созданная на базе эфиопской полиции и российской Федеральной антимонопольной службы, которая внимательно следит за соблюдением действующего законодательства в этой части. Потому все предприниматели, которые хотят заниматься оборотом внутри конфедерации, допускаются к этому не иначе, как по конкурсу. Отбор там жесткий, и за счет него мы также обеспечиваем выход на наш рынок только идеально качественного товара.

Б.Л.: Какие налоговые льготы предусмотрены для предпринимателей, участвующих в российско-эфиопском товарообороте?

С.Ш.: Самые широкие. Практически полное освобождение от НДФЛ и НДС, возможность применения УСН и ЕНВД. Одним словом, как у нас говорят, — работай не хочу.

Б.Л.: Существуют ли случаи нарушения законодательства, принятого на территории протектората в связи с объединением?

С.Ш.: Конечно, как ни прискорбно, такие случаи еще имеют место в нашей правоприменительной практике. Однако, мы успешно справляемся с их последствиями. Как говорил герой известного фильма, «правопорядок в стране определяется не наличием воров, а умением властей их обезвреживать». А с этим у нас все в порядке!