Читаем Раиса в стране чудес полностью

Оптимистический монолог афроамериканцев сменился музыкальными новостями.

— Выступление знаменитого Ирвина Келлера, которое состоится через неделю в Чикаго, вызывает небывалый ажиотаж среди поклонников этого талантливого, непредсказуемого и эксцентричного певца. Шесть тысяч билетов на концерт были распроданы всего за четыре дня. Судя по сообщениям, полученным из заслуживающих доверия источников, спекулянты перепродают билеты на концерт целителя Ирвина по цене от двухсот до шестисот долларов.

Столь беспрецедентный ажиотаж, несомненно, связан со скандалом, разразившимся в Чикаго пять лет назад, когда служащий чикагской полиции Дагоберто Савалас…

— Fuck you, — рявкнул Даг, вырывая радиоприемник из гнезда.

— Fuck, fuck, fuck, — рычал он, швырнув приемник на пол и исступленно расплющивая его ударами ноги.

В рядах застывших в неподвижности машин наметилось движение. Оставив в покое искореженные останки приемника, Савалас переместил правую ногу на педаль газа.

— Значит, снова Чикаго, — пробормотал он. — Вот и отлично. Там мы с тобою и встретимся…

— Катись к черту, — яростно рявкнул в телефонную трубку Ирвин Келлер. — Я говорил это тебе тысячу раз и повторяю в тысяча первый: катись, мать твою так, к черту, и бабку твою так, и дедку твою так, и прабабку! Или у тебя проблемы с английским языком? Может, перевести на латынь?

— Почему ты так обращаешься со мной? — умоляюще глядя на лежащего рядом с ней на кровати силиконового Ирвина, простонала Кейси Ньеппер. — Я всего лишь хочу помириться. Ты же обещал…

— Мало ли что и кому я обещал! — оборвал ее певец. — Если бы я выполнял все данные мной обещания, то был бы женат сейчас на половине женского населения Соединенных Штатов.

— Но ты женился на мне, и только на мне, — напомнила Кейси. — Это что-нибудь да значит. Вспомни нашу любовь…

— Нашу любовь! — вскипел Ирвин. — Нашу, мать твою так, любовь! Да задолбала ты меня со своей гребаной любовью! Помнишь, что ты устроила в Чикаго в девяносто шестом? Как же ты тогда достала меня! Кто просверлил электродрелью мой музыкальный центр? Кто чуть не сжег отель, из ревности устроив в ванной костер из писем моих фанаток? Кто пытался проломить мне голову рогами северного оленя, которые мне прислала поклонница-индианка с Аляски? Кто…

— Я ревновала, — прервала его Ньеппер. — Подумаешь, небольшая ссора. Мы всю жизнь ссорились и мирились — и ничего. Даже есть поговорка: милые бранятся — только тешатся.

— Не знаю, как тебя, а меня ни капельки не тешат покушения на мою жизнь и здоровье, — возразил Келлер. — И вообще, устраивать истерики и скандалы — исключительно моя прерогатива. Два неуправляемых психопата на одну семью — это уже слишком. Боливар не выдержит двоих. Именно поэтому мы и расстались.

— Мы не расстались, и не надейся. Я никогда не дам тебе развод. Ты будешь или мой, или ничей.

— Держи карман шире, — усмехнулся певец.

— Несмотря ни на что, мы любим друг друга, я знаю это, — драматично взвыла актриса. — Все равно мы будем вместе!

— Будем, а как же! Когда русалка на шпагат сядет.

Келлер яростно швырнул трубку на рычаг.

— Сука, — исступленно прошипел он. — Именно из-за тебя я влип в идиотскую историю с Дагоберто Са-валасом. Мало того, что на одних адвокатов ухлопал более полутора миллиона баксов, так теперь этот гребаный психопат-мокроспинник [1] преследует меня и грозится убить. Твою мать! Как будто мало мне своих проблем.

Подойдя к бару, певец налил себе полную рюмку виски и залпом опорожнил ее.

Черты его лица разгладились.

"А ведь из Саваласа и Кейси получилась бы отличная парочка, — злорадно ухмыльнулся Ирвин. — Два маниакально зацикленных на моей персоне психопата. В постели, вместо того чтобы трахаться, они бы перемывали мне косточки. Несомненно, они нашли бы общий язык.

Дагоберто Савалас… Чертов кретин. И все-таки что ни говори, а история с малышом Дагом здорово подняла мой рейтинг. Вознесла, можно сказать, на самый верх. Америка ведь обожает скандалы, а нечто подобное не каждый день случается. За такое не жалко и полтора миллиона баксов выложить, тем более что заработал я на этом скандале гораздо больше. Воистину, если бы Дагоберто Саваласа не существовало, его следовало бы выдумать".

Приняв дополнительную порцию «Наполеона», Ирвин погрузился в ностальгические воспоминания молодости.

Прелести секса Келлер впервые познал в тринадцатилетнем возрасте, и это занятие настолько его увлекло, что юный Ирвин дал себе торжественную клятву лично «осчастливить» большую часть прекрасной половины человечества. Под воздействием этой благородной идеи он даже заказал себе футболку с надписью:

«Родился сам — помоги другому» и рисунком, изображающим половой акт двух ежей.

На спине пресловутой футболки быk отпечатан еще один слоган, сходный по смыслу с первым: "Жизнь нужно прожить так, чтобы каждый ребенок мог сказать тебе: «Папа!!!»

Воплотить в жизнь свой девиз Ирвину, к счастью, не удалось, иначе все заработанные им деньги перекочевали бы в карманы бесчисленных мамаш, алчно взыскующих с него алименты.