Читаем Район: возвращение полностью

Что есть, то есть. Вот отвык от Района за год, если честно. Сам не подумал о том, что медведи, которые по уровню соображалки куда как умнее десятилетнего ребёнка, всегда избегают боевого контакта с группами больше пяти человек. Понимают, что шансов не будет. А раз так, то значит перед нами мишка, у которого с головой не всё в порядке. Бывает с ними такое, когда они впадают в бешенство, нападая даже на собратьев, что обычно позволяют себе только во время своего брачного сезона, борясь за самку. Так сказать, поддерживают друг друга и сплачиваются перед лицом опасности в виде различных факторов. Это тоже не очень хорошо, в смысле то, что у медведя крыша поехала, мало ли что он может выкинуть?

– Опаньки! – Барин нажал на кнопку агрегата, складывая экран и поднимая свободной рукой свой ствол. – Пошёл медведёк на нас!

Кусты затрещали, разлетаясь под натиском почти полутонной туши, раздался рёв, и мохнатый монстр явился перед нами во всей красе. Вот он, сука, был и страшный!!!

Поразительных размеров оказалась зверюга, с места рванувшая к нам. Было заметно, что урсус немолодой, шерсть отливала густым серебром, ведь живут они не так уж и долго, лет пять-восемь от силы. Учёные, с которыми мне доводилось общаться, в один голос заявляли, что это де от бешеного метаболизма и размеров. Не знаю, правда это или нет, но медведь был стар, покрыт шрамами и проплешинами, с подпаленной во многих местах свалявшейся шубой. Когти взрыли землю, перемешанную с густым ковром много лет опадающих листьев, подняв в воздух целый шквал из комков и гниющих веток. Пасть, в которой могла поместиться вся передняя часть Скопы, раззявленная, ревущая, с летящими в стороны комками то ли слюны, то ли слизи, откровенно ужасала. Вот это я и успел заметить, автоматически отскакивая с возможной траектории его движения. Урсус, до которого было метров сто пятьдесят, уже перекрыл половину расстояния.

Гулко хлопнуло, тварь мотнула громадным лбом, взревела и не упала. Скопа успела выстрелить ещё раз, разворотив ему правый глаз и вызвав очередной взрыв гневного рыка и рычания, и лишь потом откатилась в сторону. Ну а нам, волей – неволей, пришлось открыть огонь, наплевав на конспирацию.

Вы представляете себе всю мощь огня из одного РПК калибра семь-шестьдесят два и пятерых таких же «калашей», да в упор, да так нажимая на спуск, что очереди слились в одну? Вот-вот, но медведь рухнул лишь прямо перед нами, нашпигованный пулями, с разодранной в клочья шубой спереди, но до последнего давший нам возможность понервничать.

– Однако же… – Присвистнул Точинов, разглядывая урсуса с явно заметным жадным блеском в глазах… учёный, ага. – Вот это экземпляр, скажу я вам. Мне доводилось видеть куда как меньшие по размерам. Какой рост костной и мышечной масс, да…

– Полюбуйтесь, ещё так с несколько секунд. – Сдобный вздохнул. – Ну не дураки мы, а? ПБС никто не додумался взять, вот ведь. Вот сейчас к нам и ломанутся наши друзья из местного «Гринписа», да с нечеловеческими воплями. Рвём когти, ребят!

– Сдобный? – Точинов неожиданно улыбнулся. – А не человеческие вопли не такие: э-г-е-г-ей, б-л-я-а-а-а?!!

– Ага… – Сдобный кивнул головой. – Вот точь-в-точь такие.

И мы рванули, стараясь оставить позади как можно больше расстояния между нами и Периметром. Здесь нет хороших дорог, и ловушек достаточно, но кто знает, как мы нужны нашим преследователям, тот не удивится факту преследования нас на бронетехнике. А это, скажу я вам, ну его в баню просто.

Барин, в темпе бегущий впереди, вновь достал свой диковинный агрегат, каким-то образом умудряясь смотреть и на его экран, и под ноги. Казак, немедленно оказавшийся рядом, смотрел за двоих, прикрывая его своим стволом. Сокол, Сдобный, в середине профессор, мы со Скопой, и Чугун с РПК замыкающим. Прям как в старые добрые времена, и лишь Большого не было. Надёжного, могучего, никогда не унывающего…

– Стоять! – Барин затормозил, чуть не упав. – Доброе утро, ребят, две штуки, прямо перед нами.

Етит-колотит, началось! «Доброе утро», одна из самых поганых аномалий-ловушек, которой без разницы то, кто в неё попадёт. Почему утро и почему доброе? Да потому что как говорит старая рейдерская быль, когда у одного из первых бродяг рано поутру на глазах в клочья разнесло здоровущего цербера, то никаких других слов у него просто не нашлось. «Вот те и с добрым утром…» – именно так, как утверждают фольклорные источники, он и пролепетал, выблёвывая остатки завтрака.