Автандил Ломсадзе объездил всю Грузию, по нескольку раз он выступал в Цхалтубе, Гаграх, Батуми, Пицунде и других городах и всегда с неизменным успехом. Директор филармонии Кипиани решил, что Автандилу Ломсадзе пора выступать по всему Советскому Союзу.

Глава седьмая

1

Кипиани всегда безошибочно определял интересы публики. Он чувствовал, что популярность Ломсадзе уже вышла за рамки республики Грузии, настало время гастролировать по всему Советскому Союзу. Но для того, чтобы получить разрешение для таких гастролей, нужно было представить выступление «психологические опыты» в полном объеме на художественном совете в Москве. Автандил Ломсадзе назвал программу «Игра мысли». Название он дал такое потому, что, как ему представлялось, он мысленно играет со зрителями.

Показ программы и дальнейшие выступления Ломсадзе по стране приходились на годы так называемого «Брежневского застоя». Пристрастная цензура, косность мышления чиновников, боязнь всего необычного, неординарного, как правило, тормозили выход новых программ. Это касалось демонстраций гипноза и различных психологических опытов. Однако кое-что удавалось иногда доказать власть имущим… и тогда они сдавались, прислушиваясь к увещеваниям, что выступление будет носить не только развлекательный, но и познавательный характер.

Небольшой зал, где проходил просмотр программы Ломсадзе, был заполнен артистами, служащими и членами художественного совета Союзконцерта. За неделю до выступления по просьбе Автандила Ломсадзе было вывешено объявление, сообщающее дату просмотра программы под названием «Психологические опыты. Игра мысли». Количество собравшихся превзошло все ожидания членов худсовета. Зал не смог вместить всех желающих. Дело в том, что выступления подобного жанра в то время не поощрялись. Редко выступал даже знаменитый в то время Вольф Мессинг. Кто же такой Ломсадзе, который осмеливается показать свою программу? Что это за программа? Разрешат ли ее? Скорее всего, нет… Поэтому люди и стремились на этот единственный, необычный для данного времени просмотр программы.

Показ прошел замечательно. Оставалось ждать решения комиссии — такие вопросы никогда не решались быстро. Ломсадзе со всех сторон окружили артисты и забросали его вопросами.

Чуть поодаль стоял мужчина средних лет и выжидательно смотрел в сторону шумливых артистов и Ломсадзе. Чуть позже он подошел и представился. Тут же подошел второй мужчина.

— Мы хотели бы Вас пригласить для беседы по поводу Вашего выступления. Вы не возражаете, если мы подъедем за Вами на машине в гостиницу завтра утром? Ну, скажем, часов в одиннадцать?

Автандил Ломсадзе не удивился, что у него не поинтересовались, в какую гостиницу.

На следующий день в назначенное время за Автандилом зашли вчерашние посетители и отвезли его в здание, похожее на институт, где на его имя уже был выписан пропуск. Поднялись на лифте на шестой этаж.

В большой комнате, куда они вошли, было несколько человек. К нему сразу подошел интеллигентного вида мужчина средних лет:

— Здравствуйте, Автандил Алексеевич, — обратился он, как будто давно его знал. — Мы знаем о Ваших способностях. Очень хорошо, что Вы сейчас здесь, в Москве. Мы хотели бы воспользоваться случаем и попросить, чтобы Вы продемонстрировали нам свои способности. Сможете?

— А что вы хотите, чтобы я сделал? — поинтересовался Ломсадзе.

— Ну, скажем, усыпили бы человека, находящегося в другой комнате.

— Смогу.

— Вот и прекрасно. Через несколько минут начнем.

Автандилу предложили стул. В другом конце комнаты шел разговор двух людей. Автандил услышал конец фразы:

— …вам достаточно несколько секунд?

— Мне достаточно мимолетного взгляда, чтобы запомнить увиденное, — ответил светловолосый человек, — но для того чтобы нарисовать, потребуется минут пятнадцать.

— У нас есть время. Подойдите, пожалуйста, к окну и взгляните на улицу.

Автандил увидел, как молодой человек подошел к окну и тут же вернулся обратно.

— Вот карандаш и бумага. Нарисуйте те, что видели. Он стал рисовать. В это время обратились к Ломсадзе:

— Автандил Алексеевич, в соседней комнате находится один человек. Мы хотим, чтобы Вы его усыпили. Вам нужно его показать?

— Нет, мне видеть его не обязательно.

— Он должен стоять, лежать, сидеть?

— Для меня это не имеет никакого значения, но, я думаю, ему удобнее будет сидеть, — ответил Ломсадзе.

— Тогда начинайте.

Автандил чуть прикрыл глаза и через секунд пятнадцать сказал:

— Готово.

Один из троих, стоящих рядом, вышел в соседнюю комнату. Через минуту он зашел снова и на вопросительные взгляды своих коллег положительно кивнул головой. Похоже, что моментальное усыпление человека не произвело большого впечатления на присутствующих. «Они знают об опытах, которые проводил Васильев», — подумал Автандил.

— Прекрасно. Теперь разбудите.

В доли секунды Ломсадзе разбудил усыпленного им человека, что тоже было проверено.

— Сейчас в соседней комнате будет присутствовать несколько человек. Вы сможете сказать сколько?

— Да, смогу.