Читаем Радуга ярких проказ полностью

Ушла с годами толерантность,

Чужая не терзает боль,

Пропала светская галантность,

Стал верным другом алкоголь.

Всегда любил края родные,

Берёзок пегий хоровод,

Полей просторы вековые,

С голубизною небосвод.

Страна же мною помыкала,

Меняя правила игры,

И постоянно отнимала

Труда законные дары.

Без романтических иллюзий

Я завершаю марафон,

Клиент психических контузий,

Сентиментальный охламон.

Счастливая косточка

Сливовая косточка в сжатой ладони –

Наивного счастья смешной талисман,

Подспорье для робкого парня-тихони,

Придуманный некогда самообман.

Он прячет глаза и не смотрит открыто,

За линзами пляшет растерянный взгляд,

В общении выглядит слишком забито,

Смешон подростковый на вырост наряд.

Но косточка сможет помочь непременно,

Зажатая крепко в его кулаке.

Он верит в иллюзию самозабвенно,

Витая в мечтах на пустом чердаке.

Внутренний голос

Угрюмой злобою охвачен,

Я обвинял весь белый свет

В том, что жестоко одурачен,

Что меркнет блеск былых побед,

Засохли поросли успеха,

Удачи скуксились цветы,

Не накопленья, а потеха,

Сусеки девственно пусты.

Не интересен зрелым дамам

И слишком стар для юных дев,

Противен многодетным мамам:

Седой шакал — не гордый лев.

Друзья в заботах позабыли,

У всех проблемы и дела.

Мой телефон под слоем пыли,

В гостиной сумрачная мгла.

Претят амбиции супруги,

Отдачи нету от детей.

Пусты любовные потуги

В сетях смердящих ядом дней.

Охвачен злобою угрюмой,

Костил я весь подлунный свет.

Вдруг голос внутренний: «Подумай!

Открою маленький секрет.

Плодишь претензии напрасно,

Корить родных тебе не лень.

До неба выросла негласно

Обиды мученической тень.

Кто виноват в твоих просчётах,

Что ты излишне рисковал,

Погряз в грубейших недочётах,

На осторожность наплевал.

Чем радовал подруг желанных?

В неделю скромных два часа

В объятьях пресных и спонтанных,

Без воспаренья в небеса?

Когда звонил друзьям сердечным

Поговорить начистоту?

Года спешат, они не вечны

И очень ценят теплоту.

Ты недоволен благоверной,

А что ты сделал для неё?

Раз в пятилетку — парфюмерный

Набор и тайское тряпьё.

С детьми исчезло пониманье,

Формальны темы для бесед?

Нужны им честность и вниманье,

Не руководство, а совет!»

Вгляделся в зеркало тревожно,

Осмыслил горькие слова –

И опустилась безнадёжно

Моя седая голова.

Шестидесятилетие

Я через пару лет старик –

Шестидесятилетие.

В душе звучит невольный крик,

А в речи — междометия.

Где детства ласковый апрель,

Беспечность юноликая,

Стать быстро взрослым самоцель,

Неугомонность дикая?

Где отрока худая тень,

Движения холерика?

Сейчас по форме я тюлень,

А в мыслях эзотерика.

Промчался быстро пубертат,

Закончились поллюции,

Сожжён объёмистый трактат

В поддержку проституции.

Куда подросток умахнул

От комплексов эдиповых?

Где обещаний страстных пул

И отношений липовых?

Уходят зрелые года

В достатке, без деменции.

Растёт рецептов череда,

Но падает потенция.

Всему отпущен в жизни срок,

Грядёт моё старение.

Эх, сохранить бы кровоток

И плотское влечение!

Пуля измены

Я умер в тот сумрачный день,

Когда ты надменно ушла.

Хоть не был по жизни кремень,

Смолчал, закусив удила.

Погиб я в тот памятный час,

Когда ты меня предала.

Костёр вдохновенья погас,

Спалив мою душу дотла.

Потом семенили года,

И тело щепою несло,

Интимных побед череда

Цвела умерщвленью назло.

Но плоти так короток век,

Все ждут воскрешенья души.

Моя — свой закончила бег

В твоей хладнокровной тиши.

Я умер в злопамятный день,

Хотя не пришёл ещё срок.

Измены кровавая тень

Пустила мне пулю в висок.

Двойное назначение

Бомбоубежище — метро,

Оно же — транспорт городской.

Всё сочетается хитро

В структуре многоцелевой.

Мне нужен для уретры — кран,

Для наслаждений плотских — член.

Их слить — от Господа генплан.

Умножить на два — мой рефрен!

Мишура

красивой лжи

Семейный тандем

Мы былую утратили лёгкость общенья,

Иногда я прошу, забываясь, прощенья, –

Не знаю, за что, почему и зачем.

Скрипит заунывно семейный тандем.

Проблемы спускаются на тормозах,

Влечения цепь в суете заржавела,

Каретка любви от обид захрустела,

Мы катим под гору. От скорости — страх.

Ласки бурные стали б спасительной смазкой,

Но застыло лицо твоё хмурою маской,

Когда я пытаюсь наладить мосты.

Хиреют потуги в силках духоты.

Страстей обода по обочине трут,

Похоже, давление в шинах пропало.

Мы ждём обречённо симпатий финала

И, бросив педали, кончаем маршрут.

Вода монологов

Я поливаю водой монологов 11

Кусты моего одиночества. 10-3

Дружба подростков цвела без прологов, 11

Визиток, смартфонов и отчества. 10-3

Не мог я остаться в закрытой квартире, 12

Даже с любимой зачитанной книгой, 11-2

Следить за закрученной лихо интригой 12–11 -2

И видеть себя в хитроумном кумире 12

Три-четыре спокойных часа. 9

Звали на улицу голоса, 9

Отношения тайны, чужие миры, 12

Придыхание счастья и блеск мишуры. 12

Странно мои изменились желанья,11

Время прошло ночных диалогов.10-2

В кактусы скуксились переживанья.11

Дома остаться — масса предлогов.10-2

В опаутиненной комнате скрыться, 11

Где больше не тикают громко часы, 11-1

А книги затыканы в полки-пазы, 11-1

Где можно подолгу читать и не бриться, 12

Самокрутки былого курить,

Ностальгии вытягивать нить,

Проходить триумфально непройденный путь,

В штофе боли топить осознания суть.

Детский мат

Жизнь — как шахматный турнир.