Читаем Радио Пустота полностью

– Да кому нужен твой прибор? Ты придумал землю и всю жизнь на ней. Все эти пробки на дорогах, людей, времена года, катастрофы и болезни. Собак и мышей, бабушек и проституток. Это же ты все придумал. Все что есть в твоей голове, это и есть мир. Это и есть сознание. Правда, только твое. Но, для этого ты и здесь. Мы хотим сделать это сознание, как бы это сказать, осознанным. Нам оно вполне подходит.

– Ты хочешь сказать, – сказал я, – что весь мир, как его знаю я, со всеми программами новостей, людьми, машинами, муссонами и пассатами, это все только в одной моей голове?

– Конечно, – серьезно ответила она, – тебе же уже сказали, что ничего другого нет. И других нет. Во всяком случае рядом с тобой. Они все только в твоем сознании. А у так называемых других, конечно, все по – другому. Другие люди, миры, животные. И устроено там все по – иному.

– И вы…

– И мы сделаем твой мир явью, – улыбнувшись сказала она и впилась в мои губы. Она целовала меня жадно и неистово. Голова моя закружилась и я отчетливо увидел свой город. Моя улица была пустынна. Немыми великанами торчали серые пятиэтажки – хрущевки. Посреди шоссе зияла дыра провала. Немного поодаль мужики в оранжевых жилетах латали асфальт черными гудронавыми заплатками. Ветер трепал затрапезные простыни на балконе третьего этажа. Мимо прошла худая собака. Пролетел целлофановый пакет. Затем, несколько школьников пронеслись мимо, чуть не сбив меня с ног. К ларьку с шашлыками подкатил серый автомобиль, скорее грязного цвета, чем серого. Тормоза взвизгнули, из машины выскочил молодой человек и прямиком направился к окошечку.

– Здрасьте, – обратился он к продавцу шашлыков, – мне нужна картошка фри.

– Фры нэт, – спокойно ответил шашлычник и начал закрывать свое окошечко.

– Дурдом, – свирепо констатировал молодой человек и медленно проследовал к своему серому зверьку.

– Почему дурдом то? – Крикнул я, точнее это был вопрос обращенный в его немую спину.

– Че? – Коротко бросил он и резко развернулся в мою сторону.

– Я говорю, – повторил я, – почему вы так решили? Почему, если в месте, где продают шашлыки, и нет вдруг фри, вы сразу решили что это неприемлемо?

В ответ прилетел удар в нос. Он просто врезал мне по лицу и коротко добавил, – Пошел ты к такой – то маме, козел.

– Это же не мир, – крикнул я, – это просто какой то треш, угар и садомия. Почему, сука, здесь должны торговать картошкой фри? Какого хрена ты родил это в своей гребанной башке. И почему кто – то виноват в том, что ты придурок? Или, ты считаешь себя центром вселенной? А может ты бог? Сука, отвечай мне!

Он медленно развернулся и подошел ко мне, склонившемуся и утирающему кровавые сопли:

– А ты кто? – злобно спросил он и еще пнул меня в живот, бог? Бога нет.

– Ага, – от досады закричал я, и если бы он был, ты бы с легкостью купил в ларьке с шашлыками свое драный картофель, так?

– Я бы точно купил его, дружище, – засверкал глазами он, – и я бы не ездил на таком убогом автомобиле. И, не жил бы в хрущевки в этом районе. И не отмотал бы срок за маленький косяк с травкой. И…

– Ты был бы кем – то, если бы, не бы. А ты не задумывался над тем, что, возможно я придумал тебя человеком, а ты, почему – то, стал свиньей? Посмотри на детей. Они такие непринужденные. И все что им нужно это простое внимание своих любящих родителей. Немного неба, немного солнца, и вот, они уже смеются сидя в сырой песочнице. Почему же из них вырастают такие вот мудаки как мы с тобой?

– Я вырос в детском доме, – рыкнул он и еще раз засадил мне в нос.

Я заплакал от досады.

Откуда – то появился пузатый полицейский и постучав по моему плечу, нагло спросил:

– Что это мы разлеглись тут. Документики ваши можно лицезреть?

– Что, – переспросил Сидоркин, – ты что – то сказал?

– Мысли вслух, – крикнул я, – сколько нам еще лазить по этим катакомбам?

– Пришли, – торжественно прошептал ангел, и я увидел, что мы уткнулись в заржавелую, железную дверь. Сидоркин с трудом навалившись, отворил ее и знаком пригласил пройти вперед. Я нагнулся и прошел в узкий проход. Здесь было светло и шумно. Коридор напоминал малосемейку на окраине города. Повсюду сновали какие то люди. Меня они не замечали или же просто не видели. Одни стирали белье в белоснежных кафельных комнатах. Другие, спали, третьи, что – то жевали или просто смотрели телевизор. Мне стало почему – то подозрительно, что все здесь я вижу в виде коридоров. По сути, я перебирался из одного коридора в другой. И во всех случаях они были длинными и бесконечными. Менялась только суть. В данном случае коридор был максимально приближен к человеческим нормам. Всюду бегали чьи – то дети. Шлялись пьяные люди и полуголые девицы стреляли сигареты у всех подряд. В одной из ниш была устроена кухня, на подобии коммунальной. Здесь громоздились девять газовых плит и у каждой стояла замызганная женщина. Все они что – то бормотали и усердно перемешивали в своих кастрюлях.

– Найдешь здесь своих то? – Спросил ангел.

– Попробую, – ответил я и пошел по коридору вперед. В голове опять возник образ нашего с ней разговора…