Читаем Radical War полностью

По мнению евангелистов информационного века, интернет приведет к распространению демократии и движению вперед. Например, в 2011 году сетевые технологии позволили собрать большое количество протестующих на площади Тахир в Каире; затем эти протестующие призвали к свержению президента Египта Хосни Мубарака (Tufecki 2017). Но для авторитарных властей, повстанцев и террористов информационная экология XXI века также способствует разделению, страху и неуверенности. Например, афганцы научились писать в Facebook все, что им вздумается, хранить любую информацию на своих личных устройствах и оставлять изображения или данные в облаке, не опасаясь за последствия. Однако с тех пор как талибы вновь захватили Кабул в августе 2021 года, афганцам приходится взвешивать, какие части своего цифрового "я" они должны удалить, опасаясь возмездия. В этом случае "проблема заключается в том, как сбалансировать получение информации - например, о том, что происходит в аэропорту, и о людях, пытающихся связаться с вами, - и исключить доказательства, которые группа могла бы использовать для того, чтобы обвинить вас в чем-то и вернуть вас обратно, чтобы сделать из вас пример". Таким образом, цифровая среда - это не просто еще один канал для распространения недоверия среди противников и укрепления поддержки среди обращенных, но и сама зона боевых действий. Теперь онлайн и офлайн опыт интегрируются, формируют восприятие и побуждают людей к действию.

Информационные инфраструктуры усугубляют распределение недоверия, причем неравномерно и с эффектами второго и третьего порядка, которые трудно контролировать. Региональные войны всегда предоставляли крупным державам возможность испытать новое оборудование и соответствующую концепцию военных операций. Например, война между Арменией и Азербайджаном в сентябре 2020 года позволила Израилю убедиться в эффективности своих боеприпасов "Гарпия" и "Хароп" . Беспилотники, используемые вооруженными силами Азербайджана, вызвали бурные дискуссии в социальных сетях о том, действительно ли они положили конец эре танков. Большая часть этих дебатов, тем не менее, была сформирована благодаря наличию онлайн-СМИ, посвященных этим войнам. Перед началом военных действий азербайджанская армия выпустила рок-трек под названием "Огонь", написанный Нармин Керимбековой, Джейхуном Зейналовым и группой "Нур", в клипе которого активно использовался беспилотник "Гарпия". По мере развития войны это видео стало вирусным, сформировав восприятие и став основой для пропаганды и комментариев в социальных сетях, которые последовали за этим.

Не говоря уже об эффективности беспилотников, этот конфликт также предоставил возможность проверить, как информационные операции под руководством государства могут быть использованы на поле боя. В частности, как различные информационные инфраструктуры в Армении и Азербайджане могли повлиять на то, как изображался конфликт? По данным неправительственной организации Freedom House, Армения имеет более открытый подход к доступу в Интернет по сравнению с Азербайджаном. Однако эта открытость может быть использована против Армении. Действительно, способность Азербайджана доминировать в социальных сетях почти наверняка имела большее отношение к решению Баку использовать кибератаки на Армению, одновременно подавляя своих критиков внутри страны и непосредственно беря под контроль свои пропагандистские усилия в Интернете. В результате этого более открытый подход Армении к свободе сети был подавлен, и страна стала уязвима к атакам типа "распределенный отказ в обслуживании", которые сделали недоступными многие турецкие и азербайджанские сайты и создали проблемы с доступом к TikTok.