Читаем Radical War полностью

Несмотря на значительные усилия, направленные на обратное, вооруженные силы продолжают воспринимать мир в терминах двадцатого века. Это отражает глубоко укоренившиеся методы работы, которые, как правило, основаны на аналоговых и сильно осадочных представлениях о войне. Цель вооруженных сил - сохранить существующие бюрократические и профессиональные способы организации. Существуют воздушный, сухопутный и морской домены. Кибервойны и информационные операции представляют собой новые области, которые должны быть добавлены к этим основным организационным структурам. Это гарантирует, что каждый род войск сможет поддерживать и оправдывать свое существование как часть целого. С доктринальной точки зрения эти направления должны быть объединены таким образом, чтобы ускорить ведение боевых действий и не дать противнику воспользоваться пробелами, которые могли бы возникнуть в результате этого давнего разделения труда и разделения опыта.

Хотя военная доктрина указывает на то, как вооруженные силы видят мир, она не отражает того, как война обретает смысл в обществе в целом. Последствия этих технологий и дискурсов с точки зрения отношения вооруженных сил к более широкому обществу и новой экологии войны практически не затрагиваются. В мире с сильно поляризованными взглядами неясно, как вооруженным силам сохранить свою аполитичность в отношениях с правительственной бюрократией, которая сама пытается разобраться с четвертой промышленной революцией. Существует реальная опасность того, что вооруженные силы будут стремиться политизировать свои роли в попытке сохранить себя, даже если они подвергнутся дезинтермедитирующему воздействию цифровизации.

В рамках данного тома мы попытались изучить последствия этого сдвига в репрезентации и переживании войны через измерения данных, внимания и контроля. Мы обнаружили, что современная война легитимизируется, планируется, ведется, переживается, вспоминается и забывается непрерывным и взаимосвязанным образом, через насыщенные цифровыми технологиями поля восприятия. В статье "Радикальная война" мы утверждали, что война и ее репрезентация превратились друг в друга.

ЭПИЛОГ

Существует множество способов, с помощью которых радикальная война поляризует, искажает и подрывает социальную и военную сплоченность. Цифровые индивиды занимают место в новой экологии войны, потому что они получают доступ к сетевым и подключенным сервисам, которые дают пользователям больше преимуществ, чем если бы они вели аналоговое существование, даже если бы это было возможно. Платформы социальных сетей созданы для того, чтобы вызывать тягу к просмотрам и лайкам. В процессе они выравнивают нашу оценку политического насилия, деконтекстуализируя его от непосредственных социальных обстоятельств. Затем этот опыт переосмысливается через глобальное онлайн-сообщество единомышленников. В результате люди становятся поляризованными и изолированными от более широких сообществ.

Например, последствия войн в Ираке и Афганистане оказывают неожиданное влияние на англо-американскую политику. Поражение заставило некоторых ветеранов задуматься о том, ради чего велись эти войны. Некоторые пришли к выводу, что политическая элита метрополии подвела вооруженные силы. В августе 2021 года подполковник морской пехоты США Стюарт Шеллер обратился к Facebook, чтобы поставить под сомнение военную и политическую субординацию и потребовать ответственности за ошибочные решения в отношении Афганистана. Зная, что его видеоролики наверняка повредят его карьере, Шеллер впоследствии записал видео для YouTube и заявил: "Следуйте за мной, и мы развалим всю эту гребаную систему". В контексте восстания 6 января 2021 года в здании Капитолия это обращение к аудитории отражало его эмоциональную реакцию на события в Кабуле, но также подразумевало призыв к действию. Некоторые члены командования Корпуса морской пехоты расценили это как указание на то, что Шеллер хочет увидеть восстание в Вашингтоне и восстановление Трампа на посту президента. Шеллер отрицает, что он хотел революции против конституции США.

Однако это не помешало его выступлениям в Интернете иметь политический эффект. В данном случае в поддержку Шеллера выступили конгрессмен-республиканец Луи Гомерт и конгрессвумен-республиканка Марджори Тейлор Грин. Оба законодателя выступают за Трампа, но они также связаны с теорией заговора QAnon. Теория QAnon утверждает, что "Дональд Трамп ведет тайную войну против элитных сатанопоклонников-педофилов в правительстве, бизнесе и СМИ". Сторонники QAnon были широко представлены в восстании у здания Капитолия 6 января. В то же время теория заговора была перенесена в центр политики теми конгрессменами и женщинами, которые воспринимают QAnon всерьез.