Да, в это очень трудно поверить ныне, когда капитализм захватил практически все сферы нашей жизни. Но в мире до сих пор полно примеров того, как можно жить по–другому. Если говорить о производстве, то представьте себе, что уже сейчас соседние коммуны могут сообща строить здания для общего пользования, на которые в обычных условиях уходят многие месяцы кропотливой работы. Вспомните о программном обеспечении с открытым исходным кодом — в рамках этого проекта создаются программы, которые совместно отлаживаются и совершенствуются теми, кто потом их использует. Если вас интересует распределение — есть библиотеки, которые хранят не только книги (фришопы и фримаркеты), или о файлообменных сервисах, где те, кому нужен какой-то файл, сами обеспечивают его циркуляцию в сети. В случае межличностных отношений вспомните о здоровой дружбе и родственных связях, при которых всякий вносит свою лепту в общее благополучие, или о вечеринках и фестивалях, где даже чужаки не чувствуют себя изгоями и веселятся вместе с остальными.

Ни одна из упомянутых моделей не поощряет эгоизм и не умаляет значимость личной инициативы. И все они разрушают представление о глобальном дефиците, ибо чем больше людей трудятся сообща, тем больше можно извлечь совместной выгоды. Должны быть способы распространить эти формы отношений и на другие сферы жизни общества.

Конечно же, мысль о переустройстве всего нашего общества не может не пугать. Сейчас мы не можем представить, каковы будут последствия или к чему это приведёт. Но мы можем начать эти изменения.

Отмена частной собственности — это сложная задача, перед выполнением которой безусловно стоит ряд трудностей и помех. Но последствия её отмены не могут быть хуже, чем наблюдаемые уже сейчас последствия господства глобального капитализма. Мы все слышали о так называемой «трагедии общин» — это тезис о том, что люди не способны самостоятельно распоряжаться ресурсами, ответственность за которые в равной степени лежит на всех. В этом есть доля правды: настоящей трагедией всегда было то, что общественное достояние приватизировалось, а люди не могли защитить его от тех, кто захватывал ресурсы. Если мы хотим покончить с капитализмом, мы должны научиться защищать самих себя от тех, кто хочет силой навязать нам трагедию нищеты.

Нас лишили так многого в этом мире, что поначалу будет очень непривычно снова иметь возможность распоряжаться и делиться всем освобождённым. На примерах недавних восстаний, в ходе которых люди создавали автономные зоны вне капиталистических отношений (Оксака 2006, Афины 2008, Каир 2011) можно видеть, какие формы это может принять. Восторг от захвата и переопределения общественных пространств, от спонтанного действия с множеством других товарищей, не имеет ничего общего с повседневной рутиной жизни при капитализме. Уничтожение капитализма — это не столько обобществление материальных средств производства и товаров, сколько открытие заново самих себя и наших близких, открытие совершенно иного способа существования на нашей планете.

Капитализм — это путь к катастрофе

Мы стоим на пороге новой эпохи кризиса и неустойчивости, сколь стабильной бы ни казалась ситуация в отдельных частях мира.

Никогда прежде капитализм не был столь вездесущ. Прошлое поколение пережило отчуждение, страдая от диссонанса между своими ролями в процессе производства и собственным мироощущением. Для нынешнего поколения характерно отождествление себя с экономическими ролями, распространившимися на все сферы нашей жизни. Но в этот момент своего триумфа капитализм оказался боле уязвим, чем когда-либо прежде.

Срок действия всех мирных договоров XX века истёк. Высокий уровень заработной платы, предложенный сотрудникам Генри Фордом, канул в лету вместе с рабочими местами. Профсоюзы раздавлены глобализацией. Социалистические режимы Восточной Европы перешли к капитализму свободного рынка в то время как социал–демократические достижения в Западной Европе уничтожаются одно за другим. Но все перечисленные компромиссы существовали не только ради недопущения конфликта: они служили для упрочнения капитализма. Увеличение Фордом зарплаты для работников на его заводах позволило рабочим покупать товары, тем самым расширяя пирамидальную схему. Профсоюзы всегда удерживали капиталистов от чрезмерного истощения собственной потребительской базы. Теперь, когда капиталисты отказались от устаревших инструментов кооптации и самовоспроизводства, смелые и решительные могут отвоевать будущее. Старые альтернативы дискредитированы, но новые революционные идеи неизбежно выйдут на передний план.