Читаем Работа для героев полностью

– Это как получится, – кивнул Кай. – А получиться должно. Дело нужно доделать, потому что мне, честно сказать, уже надоела эта нескончаемая игра с заговорщиками.

– Что ж, – вздохнул мэтр Гаренцворт, – если вы решили следовать этому плану, который мне представляется еще более лишенным смысла, чем все происходящее вокруг, то я бы хотел обратить внимание на еще одну проблему, точнее, на две. На мэтра Грейна и его ученика. Будем реалистами: Кай, Паки и Майриэль могут быть крайне эффективными против солдат, но с чародеями придется иметь дело чародеям.

– Я готов, – отозвался Джошуа. – Несмотря на все их неясные возможности, они все же не непобедимы.

– Ваш опыт конфронтации с Гужем внушает оптимизм, но сейчас, согласитесь, вы трезвы и даже не помните, как вам удалось ваше загульное геройство.

– Но он-то об этом не знает, мэтр.

– И все же дуэль не будет простой. Они не используют ни амулеты, ни талисманы и иные явные концентраторы сил, а значит, у нас нет отправной точки воздействия. В то время как у них она очевидна. Поэтому советую вам усилить вашу защиту и крепче держаться за ваш посох.

– Я постараюсь, ваша мудрость.

– Также я обязан предупредить вас, что техника плетения заклинаний без проводников волшебства может быть крайне опасной. Маг, способный использовать чары без посоха, заведомо сильнее вас.

– Если вы хотели успокоить меня, то это не удалось, ваша мудрость.

– Сначала дослушайте. Да, эта техника несет большую угрозу. Но опасность обоюдна. Думаете, почему от нее отошли еще на заре чародейских изысканий? Потому что она нестабильна, непредсказуема и имеет гораздо больший шанс провала. Человеческий организм менее приспособлен к чарам, чем организм тех же эльфов, или к сопротивлению волшебству, как у дворфов, а значит, нам нужны проводники и концентраторы. Поэтому тот же Гуж может наслать на вас огненный ураган вместо обычного шара пламени или укрыться за Сферой Полной Неуязвимости, но его защиту вы можете пробить точным уколом в нужном месте.

– Я не понимаю одного, почему вы раньше не сказали мне этого? Времени осмыслить ваши слова у меня оказалось бы больше.

– Откровенно говоря, – виновато улыбнулся мэтр Гаренцворт, – я был уверен, что уже говорил вам об этом раньше.

– Итак, решено? – уточнил Джошуа. – Мы возвращаемся в замок, ждем окончания штурма, вооружаемся, берем графа в заложники и прорываемся из замка. Майриэль будет в восторге.

– Если вы сможете нейтрализовать магов, то нам хватит и мечей, одолженных у замковой охраны, – сказал Кай. – Мы вряд ли сможем взять оружие и спокойно подойти к графу. Все зависит от вас, господа чародеи.

– Паки может врезать им, – предложил Паки. – После хорошего тумака они не будут нам мешать.

– Если сможешь подобраться к ним поближе – то не стесняйся, – разрешил Кай. – Главное, дождись разрешения от Рамила или Джошуа, чтобы не пришлось соскребать тебя со стен.

– Быть размазанным по стенам – нехорошо.

– А превратиться в себя и перенести нас за стену еще не можешь? – спросил Джошуа.

– Еще нет, – грустно ответил Паки.

– Да и выглядело бы это несколько неуместно, – вздохнул Кай, – я бы даже сказал, из рук вон неправильно. Одно дело прийти в лагерь короля с графом-ренегатом, а другое – на спине огромной выверны. Боюсь, нас изрешетят стрелами обе стороны конфликта, даже без каких-либо приказов сверху.

– Мэтр Грейн возвращается. Что бы он ни делал, по-видимому, это завершилось, – заметил старший чародей.

– Нам тоже пора, – сказал Кай.

Когда они двинулись в обратный путь, командир наемников коснулся плеча Джошуа.

– Помните, младший мэтр, – негромко сказал он. – Постарайтесь держать себя естественно и ждите моего сигнала.

– Я вас не подведу.

Вести себя естественно оказалось намного труднее, чем он полагал. Пристальный подозрительный взгляд лейтенанта гвардейцев заставил Джошуа опустить взор.

Еще больше лейтенанта бесило спокойствие Кая и его безмятежная реакция на резкие вопросы о том, какого демона они застряли на этой несчастной стене.

В шепоте солдат за спиной Джошуа слышалось все – от «заговор» до «схватить и пытать, пока не признаются».

Он глубоко вздохнул и попытался думать об отвлеченных вещах. Получалось довольно средне. В голову лезли только мысли о принцессе и сладостности будущего, приправленные горечью их взаимного отхода от собственных принципов и взглядов. Потом он вспомнил о том, что так и не поговорил с Джулией. Так и не объяснился, не попросил прощения за свою резкость.

Всяческие разоблачения теперь казались не такими уж и страшными. Особенно перед фактом того, что она уже второй день переживает. Зная ее характер и доброе сердце, он не сомневался, что переживает сильно.

Желание дать себе по лбу собственным посохом никогда еще не было столь навязчивым.

Печальные озарения прервал шум, царивший в тронном зале.