Читаем Пылающий лед полностью

Но третью случайность никто не смог бы предусмотреть и просчитать, даже с самой малой, исчезающей вероятностью… Такого не случалось. Никогда. И все же случилось в тот день, в День Станции… Гигантский столб освобожденной энергии ударил вертикально вверх, и верхние слои атмосферы над арктическим бассейном стали малопригодны для полетов… «Челнок» оказался вдали от эпицентра, на самой периферии энергетического удара, но и того, что досталось на его долю, хватило с избытком…

…Приземление нельзя было назвать мягкой посадкой. И даже жесткой. Это вообще была не посадка – падение, едва замедленное аварийными системами. На миг Дениза отключилась… и тут же очнулась – скорее от болезненного укола в вену, чем от лекарств, которыми ее поспешила накачать услужливая аптечка. Мир качнулся и замер. Дениза выпустила воздух сквозь сжатые зубы и покосилась на Люс.

Та лежала в кресле. Казалось, отстегни кто-нибудь ремни безопасности, и девушка соскользнет на пол, стечет, как тающее мороженое… Тело Люс обмякло и лишь изредка подергивалось, а ее пальцы непрерывно шевелились. Изо рта текла кровь – темной неторопливой струей…

Дениза попыталась вскочить, расстегнуть ремни, прийти на помощь – и все потонуло в белесой мгле. Когда она вновь открыла глаза, Люс была мертва. Кровотечение прекратилось, пальцы застыли в неподвижности… Температура в кабине падала. Дениза закрыла глаза и стала ждать смерти…

…Она выдернула себя из кошмара усилием воли. Казалось, стоит закрыть глаза – и перед мысленным взором вновь предстанет мертвое, окровавленное лицо Люс… И Дениза решила вставать, хотя до запланированного подъема оставался почти час.

Поднялась, включила свет во всем жилом блоке, прошла в душевой комплекс. В свое время психолог, проводивший курс реабилитации, посоветовал ей после подобных кошмаров принимать холодный душ. «Чтобы остудить мозги», как он выразился. В чем-то он был прав: купание помогало переключиться. Однако по собственному опыту Дениза предпочитала пенную ароматизированную ванну. Например, «с ароматом роз». Небольшая роскошь, которую можно позволить себе даже в режиме жесткой экономии ресурсов. Слава Матери-Рыбе, руководство корпорации не считало, что в Арктике топ-менеджеры должны жить по-спартански. Пробежавшись пальцами по выдвижной панели, Дениза выставила температурный режим. Тридцать шесть по Цельсию… потом тридцать девять… и слить воду на десяти. А пока ванна наполняется, можно немного помечтать.

Три года назад ей казалось, что она ухватила за хвост птицу счастья. Несколько месяцев жизни на стойбище альмеутов, спасших ее из разбитого «челнока», не стали потерянным временем. Из постоялицы снежной хижины она очень быстро превратилась в полноправную хозяйку просторного кабинета вице-директора «NPI» – неплохая карьера для девушки, умеющей в основном охранять чужую жизнь и отнимать ее же множеством различных способов…

В промежутке между этими двумя этапами жизненного пути у Денизы Ло была аудиенция у главы «NPI» Франка Айзерманна, добиться которой удалось с большим трудом. Ей повезло, Большой Франк умел рисковать и не отвергал с порога неожиданные проекты, казавшиеся авантюрами другим боссам большого бизнеса. Именно такой проект она принесла ему в готовом виде – хорошо обоснованный, продуманный за долгие месяцы. В общем-то, никаких Америк она не открыла, все знали, что арктическая нефть хлещет из разрушенных скважин, всплывает и где-то скапливается, – но понятия не имели, как ее разведать, собрать и вывезти хотя бы с минимальным уровнем рентабельности… Арктика есть Арктика – каждый человек, доставленный туда, каждый килограмм груза становятся поистине золотыми.