— Дополнительное замечание под протокол записи: прошу соблюдать полную анонимность дальнейшей операции. Правомочность моего замечания будет обоснована в ходе определения цели моего визита.

— Принято. Полная анонимность обеспечена, гражданин. Определите цель своего визита.

— Следуя своим правам отраженным в своде галактических гражданских прав и законов, я, Тимофей Градский, прошу предоставить мне канал связи с любым координационным терминалом организации Гроссов.

— Правомочность требования анонимности подтверждена согласно установленному протоколу — мягко произнес голос ЭкзТерма — Вы просите канал связи для предоставления организации Гроссов некой информации или для подачи заявки на вступление в ряды Гроссов?

— Второй вариант.

— Подача заявки. Подождите. Проводится повторная проверка и предварительная оценка ваших личных данных и основных медицинских показателей. Тимофей Градский. Совершеннолетний. Дееспособен. Психически нормален. Нарушения закона — не зафиксированы. Завершение проверки. Тимофей Градский ваша гражданская просьба соответствует вашим правам и возможностям. Просьба будет удовлетворена. Начало операции… Устанавливается канал связи с главным сервером станции ТехТранзит218. Доступ получен. Связь успешно установлена, условия анонимности соблюдены. Устанавливается связь с ближайшим координационным сервером организации Гроссов. Связь успешно установлена, на координационный сервер передается пакет информации содержащий ваши личные данные и цель запроса. Условия анонимности не соблюдены — организация Гроссов требует полный доступ к личной информации. Доступ к обмену информацией получен. Канал связи стабилизирован и защищен. Доступ получен.

На засветившемся экране не появилось ничего кроме картинки космоса.

Зазвучавший голос был другим — столь же искусственным, но более жестким:

— Организация Гроссов приветствует вас, гражданин Тимофей Градский. Вы выразили желание подать заявку на вступление в ряды Гроссов. Верно ли это утверждение?

— Абсолютно верно.

— Вы подаете заявку по собственному и обдуманному желанию без какого-либо принуждения. Верно ли это утверждение?

— Абсолютно верно.

— Перед подачей заявки вы предварительно ознакомились со всеми условиями, правилами и требованиями. Верно ли это утверждение?

— Абсолютно верно.

— Вы отчетливо осознаете и принимаете тот факт, что можете погибнуть при попытке сдачи вступительного теста. Верно ли это утверждение?

— Абсолютно верно.

— Предварительная заявка принята. Соответствующие данные заносятся на ваш браском. На данный момент вы являетесь кандидатом в Гроссы без каких либо прав, кроме права на устранение. Начиная с этого момента у вас есть ровно двести сорок часов на устранение любой цели из списка приговоренных к смерти. Верно ли вы осознали полученную информацию?

— Абсолютно верно.

— Желаю удачи, гражданин Тимофей Градский.

— Связь с координационным сервером организации Гроссов прервана — уведомил меня голос ЭкзТерма — Все требования анонимности соблюдены точно в соответствии с принятым протоколом. Операция завершена. Желаете воспользоваться другими возможностями экзаменационного терминала, гражданин?

— Нет. Благодарю.

— Желаем хорошего дня. До свидания, гражданин.

Едва я вышел из кабинки ЭкзТерма, как браском мгновенно завибрировал, а в ухе раздался взволнованный голос Лео:

— Наконец-то!

Внутри ЭкзТерма любая внешняя связь блокировалась в обоих направлениях. До завершения разговора и моего появления в коридоре Лео не знал, что происходит внутри кабинки.

— Волновался? — уже на ходу устало выдохнул я

— Есть немного — признался искин — Ты любое дело испортить можешь. Даже самое простое.

— Не понял?!

— Шутка. Неудачная шутка, партнер.

— То-то же — проворчал я — Возвращаюсь домой. К этому времени проверь те данные, что мне скинули с координационного сервера Гроссов.

— Принято. Жду.

13

В свою комнату я едва-едва смог протиснуться.

За прошедшие дни я изрядно пополнил запасы списанных электронных плат, проводов, переходников, гнезд и прочих работоспособных компонентов. Комната превратилась в склад. Рваные и битком набитые коробки громоздились до самого потолка. Я бы и больше насобирал, но в комнату уже ничего не влезало, а ночевать в коридоре мне не улыбалось.

Мое личное пространство сузилось до небольшого уголка рядом с раковиной, под которую я втиснул коробку-шкаф. Там лежал свернутый матрас — спал я в этом же уголке, свернувшись в позу эмбриона. Хорошо что колени в порядки и не ноют от неудобного положения во время сна.

Вот и сейчас я опустился на матрас и, потянувшись к шкафу за электрокастрюлей поинтересовался:

— Ну?

— Изучаю — отозвался Лео — Но пока ничего нового не обнаружил. За исключением «права на неудачу».

— Это еще что?

— Если вкратце, оно означает, что если ты совершишь нападение на смертника и потерпишь неудачу, но при этом каким-либо чудом останешься в живых, то полиция не будет иметь права допросить тебя, задержать или же осудить за нападение. Вот в принципе и все.

— Негусто — чуть подумав, заключил я — И не важно.

— Еще как важно! — возмутился Лео.