— Может быть, у вас тут есть место, где мы смогли бы поговорить с глазу на глаз?

— О, вне всякого сомнения, Мой кабинет. Кэти, радость моя, не будешь ли ты так любезна составить нам компанию и зажечь свечи? Будьте любезны следовать за мной, мой дорогой сэр.

Ступая по мягкому ковру, Чевиот двинулся за ним по направлению к столам с холодной закуской.

При словах Вулкана пульс у него зачастил. Вулкан в самом деле был бережлив. Выходя из кабинета, он гасил все свечи.

Но сердцу не было необходимости ускорять свой бег. Как только он впервые почувствовал взгляд Вулкана, упершийся ему в спину, возникшее напряжение заставило его и думать, и действовать легко и стремительно, но это относилось только к нему одному.

Они все знали.

Все шулера и громилы, собравшиеся в этом зале, знали, что он офицер полиции, и теперь ждали только сигнала наброситься на него и прикончить.

Он прошел сквозь строй глаз. Всем своим существом он воспринимал мельчайшие детали, даже запах макассарово-го масла от мужских причесок или скрип стула.

Вулкан, на полированной поверхности черепа которого отражался блеск восковых свечей, отчего его массивная фигура казалась еще круглее, склонился к Кэти.

— Ты меня любишь, малышка?

— Да! — тихо сказала Кэти. В голосе ее звучала столь до непристойности откровенная страсть, что Чевиот не мог не восхититься. Ему показалось, что если бы не величественная манера Вулкана держаться, напоминавшая осанку епископа, она бы, подпрыгнув, укусила его за мочку уха.

Вулкан, замурлыкав, не пытался даже скрыть удовлетворения, с которым он воспринимал ее обожание.

— Вот мы почти и пришли! — сказал он.

Они проходили мимо того места, где еще недавно стояли Флора и Чевиот. Всего в нескольких футах справа от них были два марша узенькой лестнички, которая вела на галерею.

Из связки восковых свечей, стоявших в вазе на столе, Кэти вытянула одну. Но она не пыталась зажечь ее. И в самом деле, кроме как от светильников на противоположной стороне комнаты фитиль свечи, которую она держала, не мог бы заняться.

Слегка заторопившись, Чевиот двинулся вперед и остановился. Как бы там ни было, он должен первым подняться по лестнице. Но стоявший сзади Вулкан облегчил ему задачу.

— Только после вас, мой дорогой сэр, — сказал он с вежливым поклоном.

Поднимаясь по узкой лестнице, Чевиот понял, что его предположение было верным. И лестница, и галерея целиком были сделаны из дерева. Даже перила, окраска которых должна была создать впечатление чугунного литья, были из старого обветшавшего дерева. В случае пожара тут было бы не самое приятное место.

Безошибочно можно было предположить, что центральная дверь ведат в кабинет Вулкана. Свечи, поддерживаемые бра по обе стороны двери, бросали свет на красное дерево глубокого темного оттенка и на блестящую букву «В».

Вулкан был у него за спиной, а сзади следовала Кэти. Чевиот глянул через перила. Прямо под ними был длинный стол рулетки. После всеобщего гула в зале наступила странная тишина. Он прекрасно понимал, с каким невысказанным ликованием смотрит не него зловещая команда Вулкана.

Чевиот небрежно прислонился к левому косяку дверей. Вынув из жилетного кармана кольцо с двумя ключами, одним длинным, а вторым коротким, Вулкан открыл двери и распахнул их — внутрь направо.

— И снова — только после вас, мой дорогой сэр, — сказал Вулкан.

Кэти была занята тем, что запаливала фитиль свечи от канделябра справа от дверей.

— Благодарю вас, — сказал Чевиот,

Он вошел в непроглядную тьму комнаты с подчеркнутой нерешительностью. Как бы для того, чтобы уступить дорогу своим спутникам, он тут же скользнул влево вдоль стены.

И тут, действуя мягко и стремительно, он сделал движение, от которого зависела его жизнь.

 14

Озарение и обман

На стене, примерно в четырех футах от него, торчала медная ручка звонка, от которой по комнате тянулся единственный шнур.

Пальцы Чевиота нащупали ее.

У него не больше двенадцати секунд, чтобы сделать то, что надо сделать.

Если свет восковой свечи упадет в комнату до того, как он сделает все, что нужно, с ним тут же будет покончено.

Его шляпа мягко упала на ковер. Из жилетного кармана он выхватил предмет, в поисках которого сержант Балмер обыскал полгорода, пока не нашел его у мастера, делавшего очки: тоненькая отверточка, не больше дюйма длиной.

Руки у Чевиота больше не дрожали. Пальцы двигались С холодной, продуманной четкостью и стремительностью^ В темноте он мог полагаться только на свои ощущения. Нащупав микроскопический винтик в выпуклости ручки, который крепил ее к шнуру, он вогнал лезвие отвертки в шлиц винта.

— Радость моя, что ты так долго возишься? — это был мягкий бас Вулкана.

— Да ладно, чтоб у тебя глаза лопнули! — то было музыкальное контральто Кэти.

— Я предупреждал тебя, радость моя, чтобы ты не смела употреблять таких слов.

Едва только комнату озарили первые отблески восковой свечи, крохотный винтик упал в руку Чевиота.

Когда это произошло, сердце его от страха оказалось в горле — он боялся, что шнур от звонка может скользнуть по стене или что ручка упадет в комнату.