Читаем Пути Господни полностью

Но вернёмся к нашей парижской Иверской Богоматери. Русские эмигранты привели в магазин специалистов, которые внимательно изучили поверхность доски, взяли пробы лака и краски и в результате пришли к выводу, что перед ними вероятнее всего именно та самая икона, которая исчезла из Москвы в 1812 году и промыслом Божиим находилась почти 120 лет в безвестности. Хозяин–антиквар, довольно быстро понял, что является обладателем музейной редкости, а потому сразу взвинтил цену. Он запросил 250000 франков.(200 франков считалось очень хорошей месячной зарплатой). Для выкупа иконы был создан комитет и эмиграция сумела собрать деньги на задаток, что позволило взять икону из магазина. Икона торжественно была принесена в Собор св. Александра Невского, на рю Дарю. Здесь при огромном скоплении верующих, митрополит Евлогий (Георгиевский) после окончания молебна сказал: «Пусть этот образ Владычицы послужит нам символом единства и откроет двери в нашу многострадальную Родину». С этого момента икона стала путешествовать по всей Франции. Перед ней совершались молебны в православном соборе в Ницце, и в Каннах. Все радовались появлению иконы, слёзно молились и продолжали собирать деньги для её окончательного выкупа. Несмотря на активность, нужная сумма так и не была собрана. Пришлось икону вернуть в магазин! А. Н. Павлов, её первооткрыватель, был в отчаянии, и летом 1931 года он пришёл за советом к епископу Вениамину (Федченкову) основателю подворья Трёх Святителей. Как многие эмигрантские приходы, открытые в те 30–е годы в Париже, этот новый «храм» помещался в бывшем гараже. Его нижняя часть и подвал трудами православных превратился в просторный зал, а на «втором этаже» была достроена трапезная и монашеские кельи. Приход только образовался и денег не хватало ни на утварь, ни на иконы. Каменные неоштукатуренные стены, фанерный иконостас, духовенство в облачениях сшитых руками прихожанок. Но сколько любви и заботы было вложено во всё это! В те же годы, в том же парижском квартале и тоже в гараже, мать Мария (Скобцова) открыла свой первый храм. Вот как в те годы описывает жизнь Трёх Святителей митр. Антоний (Блум): «Денег не было никаких, на которые можно было бы покупать пищу для живших при храме пяти монахов. Ели они только то, что прихожане складывали в картонные коробки у дверей одной кельи. Придёшь как-нибудь поздно вечером и видишь: как лежит на цементном полу епископ Вениамин, закутавшись в свою монашескую мантию; в его келье, на его койке — нищий, на матрасе — нищий, на ковре — нищий; самому епископу там места нет».

Епископ Вениамин выслушал удручающий рассказ Павлова и усмотрел в его обращении особое знамение для прихода. Он немедленно поехал в магазин и с ужасом узнал, что икону уже отправили в подвал как трудно продаваемый «предмет». Епископу Вениамину было разрешено спуститься вниз и с трудом, из под завалов самых разных вещей он увидел Иверскую… стоящую вниз головой! Владыка Вениамин был в ужасе от надругательства над святыней. Он стал на колени перед образом и на глазах потрясённого хозяина стал молиться. Слёзы текли по его лицу, он был в отчаянии от безденежья и от безысходности. И вдруг он услышал голос: «Как ты можешь сомневаться? Где же твоя вера?». Вероятно состояние владыки, его коленопреклонное моление, произвёло на «антиквара» сильное впечатление и после непродолжительного разговора владелец снизил цену и даже согласился пойти на продажу в рассрочку. Более того он разрешил владыке забрать икону в храм. Как не велико было сомнение, что удастся собрать нужную сумму, вл. Вениамин стал рассылать письма по всей Франции. Эмигранты состоятельные и бедствующие, и те кто откладывал «на похороны» и на «чёрный день», все стали присылать деньги. Но самым неожиданным было жертвование от прихожанки Наталии Соболевой. Она продала своё единственное изумрудное кольцо, что окончательно решило дело. (Через несколько лет Н. Соболева приняла постриг, уехала в Эстонию. Она похоронена в Пюхтицком монастыре.) В январе 1932 года деньги были полностью выплачены. Владыка Вениамин отслужил благодарственный молебен, после чего двери храма по его благословению в течении месяца не запирались ни днём ни ночью. Люди со всей Франции ехали приложиться к святыне, которая окончательно нашла своё место в центре Парижа, в Трёхсвятительском подворье. С этого времени храм стал расцветать и приумножаться молящимися и красотой — стены украсились иконами и фресками Л. Успенского и о. Г. Круга. И сегодня, каждую среду вечером, православные христиане самых разных национальностей поют акафист перед чудотворным образом Иверской Божией Матери.

Святая Елена