На Лурмель уже не хватало места для всех нуждающихся, а с возникновением новой проблемы — помощь евреям, работы только прибавилось. И. А. Кривошеин говорил, что «вопрос стоял уже не только о материальной помощи. Нужно было доставать для евреев поддельные документы, помогать им бежать в ещё не оккупированную зону Франции, укрывать их и устраивать детей, родители которых были уже арестованы». Мать Мария и её соратники вели бесстрашную жизнь и с самого начала войны они верили в победу. Хочу уточнить, что благодаря свидетельствам и рассказам И. А. Кривошеина, который сам пережил Бухенвальд и Дахау, а потом и советские лагеря, был награждён медалью Героя Сопротивления, появились в шестидесятые годы первые рассказы о матери Марии. Эти подлинные и правдивые свидетельства о жизни этой замечательной женщины, легли в основу для дальнейших исследований летописцев. В его архиве сохранились документы тех лет, а также фотографии художественных работ м. Марии.

Я не буду рассказывать о последних месяцах, которые мать Мария провела на свободе, об этом уже написано. Хочу привести сухие даты из летописи её, составленной А. Н. Шустовым:

«8 февраля 1943 года — обыск на ул. Лурмель, разгром гестаповцами «Православного дела». Арестован сын м. Марии Юрий Скобцов.

9 февраля мать Мария и о. Дмитрий Клепинин и Ф. Пьянов, арестованы гестапо, заключены в пересыльную тюрьму — форт Роменвиль.

27 апреля м. Мария в числе 213 арестованных отправлена из Компьеня в женский концлагерь Равенсбрюк.

В 1944 году 28 января Софья Борисовна Пиленко получила открытку от дочери из Равенсбрюка, в которой м. Мария писала «Я сильна и крепка».

6 февраля в концлагере Дора погиб сын м. Марии Юрий Скобцов.

16 апреля — празднование православной Пасхи. Мать Мария украсила окна своего барака художественными вырезками из бумаги (все виды праздников, в т. ч. религиозных, в лагере были запрещены). Она посещала чужие бараки, утешала женщин, вела беседы и рассказывала многим из советских заключённых о жизни во Франции. Часто читала им Евангелие и толковала его. Эта драгоценная книга была у неё украдена, когда её перевели в карантинный блок.

1945 год, 10 января — мать Марию, ослабевшую и больную, переводят в Югентлагерь.

31 марта — узница под номером 19263 казнена в газовой камере Равенсбрюк.

Так не дожив двух месяцев до победы и освобождения лагеря союзными войсками погибла мать Мария. Её трагическая кончина пришлась на Великую Пятницу по западной пасхалии. По одной из версий состояние здоровья от крайней степени дизентерии (истощение) было таким, что по лагерному методу «селекции» она была обречена на уничтожение. По другой, она добровольно заменила собой девушку, которой было уготовано сожжение в газовой камере.

Исход

Оживлены дубравы и луга,

Где весело шумят и блещут воды

И мирные ласкают берега,

Где на холмы под лавровые своды

Не смеют лечь угрюмые снега?

Скажите мне: кто видел край прелестный,

Где я любил, изгнанник неизвестный?

А. С. Пушкин

Кроме интересных путешествий, двадцатый век принёс в мир невиданный феномен исхода в эмиграцию. Климат и вправду изменился, пласты человечества сотряслись, сдвинулись, породив колоссальные волны размывшие границы; для людей бегущих, они как бы перестали существовать. Тоталитарные режимы не смогли сдержать сотрясений, под их натиском упала не одна «берлинская стена», а страх быть съеденным акулами оказался ничтожным препятствием, в сравнении с океаном крови, залившим Вьетнам и Камбоджу. На утлых судёнышках, тысячами, люди спасали жизни, сегодня арабо–африканцы продолжают начатое дело, только уже совершенно по другим соображениям.