Читаем Пути Господни полностью

Торгуя совестью пред бледной нищетою, Не сыпь своих даров расчётливой рукою: Щедрота полная угодна небесам. В день грозного суда, подобно ниве тучной, О сеятель благополучный! Сторицею воздаст она твоим трудам. Но если, пожалев трудов земных стяжанья, Вручая нищему скупое подаянье, Сжимаешь ты свою завистливую длань, — Знай: все твои дары, подобно горсти пыльной, Что с камня моет дождь обильный, Исчезнут — Господом отверженная дань.

А. С. Пушкин

В нашей маленькой церкви на Оливье де Серр в Париже шла воскресная литургия. И вдруг молитвенное состояние прихожан было нарушено необычным шумом, исходящим из трапезной. Староста, стоящая за свечным столиком немедленно бросилась туда, потом мы услышали довольно грубый мужской голос и взволнованные увещевения нашей старосты. Несколько мужчин прихожан кинулись на помощь, так как даже через закрытые двери храма, стало ясно, что ситуация может вылится в рукопашный конфликт. В большие окна нашего зала, примыкавшего к церкви, я увидела, как Павел и Марк, под руки ведут через дворик уже известного нам «бомжа».

Не в первый раз, он проникал во время службы на нашу кухню, находил бутылки с красным вином, напивался и начинал дебоширить. Обиднее всего, было то, что мы его всячески подкармливали, помогали деньгами и вообще старались как-то обиходить. Был он кавказской внешности, уже не молод и вряд ли вообще верующий, но наш церковный календарь он знал досканально, потому что в большие праздники приводил ещё и своих друзей. Как-то раз, идя на литургию я увидела, как один из них копается в помойном баке и вынимает из него выброшенную одежду, примеряет на себя, засовывает в мешок… прошло два часа и этот «бомж», вооружившись белой палочкой, изображая слепца вошёл к наш храм. Служба только что закончилась и он натыкаясь на людей и чуть не упав на солею, чётко направился к свечному ящику. «Слепец» видел, что уже начали считать собранные на тарелочку деньги. «Отец Владимир, как быть? Вы же знаете, что он зрячий и всё это театр?» — спросила я. Отец Владимир рассмеялся, и сказал: «Да, конечно знаю и, что они из трапезной вино таскают, тоже знаю. Постараемся и к нему проявить терпение и любовь». Краем глаза, я увидела, как староста уже суёт «бомжу» мелочь, а он внезапно прозрев, начинает её пересчитывать…. Грешна, но во мне взыграли чувства не

христианские! И конечно, уже не в первый раз я задалась вопросом: «Как дать милостыню, кому именно? И есть ли в этом смысл? Нужно ли потакать обману, которому частенько подвергаются люди подающие? Или не задавая лишних вопросов и не рассуждая, следовать словам Господа: «Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся» (Мф. 5:42) Но как поступать с бомжами, с цыганскими детьми? Ведь мы почти наверняка знаем, что есть и «бомжовская мафия» и профессиональные нищие, которые работают на «хозяина». И когда отец Владимир дал мне понять, что и к этому падшему обманщику нужно проявить любовь, я не приняла его слов. Мне было трудно понять, как вот взять и полюбить всякого бродягу, да ещё который тебя же обманывает.

Но тут же я подумала, ведь во всех храмах стоят ящички на которых написано: «на бедных», «на храм», на певчих… да и в конце литургиии мы обносим тарелочки. На каких же бедных мы собираем и как выявить «истинных» и «фальшивых»? Да и кто мы такие, чтобы с высоты нашей внешней чистоты, и гордыни, определять «кто есть кто»? Французский философ и ученый Паскаль, писал, что «условно можно разделить всех людей на праведников и грешников. Праведники — это те, кто считает себя грешниками, а истинные грешники — это те, кто чувствуют себя хорошими людьми». Эти люди никогда не видят своих недостатков, не чувствуют, как далеки они от Бога, от любви. Потому что любви всегда мало, и нужно её алкать и давать другим.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза