Читаем Пути Деоруса (СИ) полностью

— Нет, мы пойдем в поместье Слышавшего, — объявил Ганнон, заметив, как при этом подземники переглянулись, а Иссур громко выдохнул. Личные стражники Виннара без гербов остались спокойны. Бахан только нахмурился. — Поэтому действовать надо аккуратно.

— У нас есть разрешение короны, так ведь? — осведомился один из легионеров.

— Да, но гвардия дома верна только хозяевам, — ответил юноша. — Будьте наготове.

Ганнон в сопровождении людей Виннара приблизился к кованым воротам, рядом с которыми обычно по очереди несли вахту гвардейцы многочисленных благородных домов. Несмотря на поздний час в свете факела никого не было. Недобрый знак.

— Подождем остальных? — раздался голос за спиной.

— Похоже, времени нет. — Ганнон сжал кулаки и скомандовал выступать.

Они молча продвигались по широким – мощенным мелким камнем – улицам мимо фонтанов и оград поместий. За воротами некоторых из них стояли гвардейцы, безмолвно провожавшие группу Ганнона внимательными взглядами. Похоже, охрана защищает собственные владения. Перед перекрестком, посреди которого красовалась статуя воина, один из дворцовых стражников поднял руку, приказав отряду остановиться. Ганнон доверил ему вести их в незнакомом квартале: люди Виннара гораздо лучше знали город.

— Дом Хестола через два поворота, — негромко проговорил стражник.

— Хорошо, — удовлетворенно произнес Роннак: он одобрял осторожность. — Стоит послать разведку, проверить.

Ганнон лишь кивнул. Двое подземников ушли вперед, быстро растворившись в темноте. Иссур нервно перебирал пальцами на эфесе меча, другой рукой трогая щетину, еще походившую на пух.

— Не думал, что попадешь в такую переделку? — прошептал Ганнон, надеясь приободрить парня и себя заодно.

— Откликнувшиеся служат Избранникам, так или иначе, — твердо ответил легионер. — Но да, волнуюсь.

Роннак шикнул на них и поднял палец, призывая прислушаться. Ночную тишину ничто не нарушало, но подземник прищурился и, покачав головой, устремился вперед. Остальные последовали за ним. Ганнон пустился следом, браня про себя непредсказуемого легионера, но уже на полпути отчетливо раздались крики и звон мечей.

Перед оградой поместья Хестола развернулось сражение. Стражей благородного дома, которых ожидал Ганнон, видно не было. Двое подземников находились в меньшинстве, на них наседали пятеро воинов, вооруженных короткими мечами и палицами. Знаков отличия и гербов не было видно: кожаные доспехи, металлические наручи и поножи. На некоторых были серые накидки поверх доспехов. Подземники и стражи быстро бросились на помощь своим, оттеснив противников.

— Хас! Хас! — От громкой команды на боевом языке Легионов у Ганнона чуть не заложило левое ухо – это был Иссур. Подземники повиновались с поразительной быстротой и слаженно отступили на два шага. Меньше, чем через удар сердца, один из врагов упал навзничь, в его груди торчал дротик. Юноша оглянулся через плечо и увидел, как Иссур, не глядя, принял следующее копье из рук Бахана. Юный легионер, сжав челюсти, высматривал следующую цель.

Однако противники не были дураками и вовсе не собирались оставаться легкой мишенью. Они поспешно отступили к воротам поместья, откуда уже подтягивались их товарищи, вооруженные самострелами. Использовать это редкое оружие считалось уделом трусов и чуть ли не грехом. Копье в груди Миртока и то до сих пор было символом позора и варварства, что уж говорить про это. Подземники и стражники, укрывшиеся позади их щитов, отступили еще больше под напором мечников, прикрываемых стрелками.

Тем временем вторая группа сумела приблизиться к Иссуру и Ганнону. Трое мечников, двое из которых уже возились с самострелами. Стрела ударила Иссура в нагрудник, раздался стон, но его быстро заглушил рев Бахана, что рванулся вперед, выронив дубину. Второй стрелок разрядил свое оружие, но это не спасло его: огромный береговой на всем ходу врезался в него плечом, отправив в полет. Несчастный ударился о каменную брусчатку головой, оставив кровавый след. Второго стрелка Бахан поднял над головой, как игрушку, и швырнул в арбалетчиков из основного отряда.

Рядом с береговым остался один мечник, нацелившийся в уязвимое место на боку Бахана. Его остановил Ганнон. Клинки скрестились с громким звоном, юноша ощутил, как темная сталь его меча медленно прорезает вражескую. Его противник со стоном сумел отбросить Ганнона прочь. Щека ощутила колебание воздуха — мимо пронесся Иссур. Юноша увидел, как легионер нанес по мечнику мощный рубящий удар сверху вниз, после чего со стоном упал на одно колено, опершись на руку, в которой только что был меч. Враг рухнул с разрубленной шеей, клинок застрял в его ключице. Глухой грохот раздался с другой стороны: Бахан упал на спину, в груди и плечах было по меньшей мере четыре древка. Стрелки, в которых он швырнул их товарища, все же успели спустить тетиву. Тем не менее, без их поддержки остальные бойцы оказались уязвимы, и люди Ганнона быстро расправились с ними.