Машина останавливается почти у въезда в город. На обочине стоит моя машина. Возле нее нервно расхаживает Алестер. Сердце сжимается при виде родного лица. Коротко бросаю слова благодарности моему спасителю и выбегаю из машины.

Алестер раскрывает руки для объятий, и я позволяю себе раствориться в них. Такой знакомый запах обволакивает меня. Непрошеные слезы застилают глаза.

Алестер утыкается носом мне в макушку, и я чувствую, как сильно бьется его сердце. Так же сильно бьется и мое.

Он отстраняется, внимательно осматривает меня. Глаза сужаются от ярости.

А я плачу и молча пожимаю плечами.

Алестер усаживает меня в машину и направляется к мужчине с собакой. Они негромко о чем-то переговариваются. А потом расходятся, каждый по своим машинам.

Удобно устраиваюсь на сидение. Алестер ни о чем не спрашивает. Молча заводит мотор и включает печку. Тепло заполняет машину, и я расслабляюсь. Машина срывается с места в сторону города. А я позволяю себе наконец-то провалиться в темноту.

Я позволяю себе Морфею забрать меня.

Глава 16

Пропажа

— Жить будет. Из-за браслетов, магия запечатана, поэтому регенерация не работает. У нее сильное сотрясение, растяжение на правой ноге. Не считая синяков и мелких царапин, она в порядке. Чего не скажешь о ее клейме на плече. Тут задействована магия, и лекарства врятли помогут. — знакомый доктор, которого позвал Алестер, сидел на кровати рядом с Элизабет и осматривал ее.

Алестер стоял в сторонке, скрестив руки на груди.

Чертов Раймонд так и не появился. Хотя мужчина оставил ему сотню голосовых сообщений, о том, что Элизабет вернулась.

Мужчина смотрел на спящую девушку, и его сердце сжималось от боли. Множество мелких царапин. Синяки. Вся в крови. А этот ужасный ожог на плече…

Она была ужасно бледной. Под глазами залегли глубокие синяки. Один глаз заплыл от свежего синяка. Светлые волосы потеряли свой природный блеск. Она похудела. На руках, где были браслеты, виднелась запекшаяся кровь и стертая кожа.

Сколько же ей пришлось пережить? Вчера, когда он услышал ее голос в трубке, он словно опять обрел крылья. Алестер никогда бы не подумал что, услышав ее голос, он обретет возможность нормально дышать.

Время что ее не было, дались мужчине очень тяжело. Он чувствовал себя ужасно беспомощным. Душа была не на месте. Как бы Алестер не пытался найти ее, все его попытки оканчивались провалом.

Он злился на себя, что в тот день не смог помешать демонам, забрать ее.

— Ее жизни ничего не угрожает? — Елена стояла в сторонке и так не отважилась подойти к Элизабет.

Алестера сбивала с толку реакция Елена на возвращение Элизабет. Мужчина рассчитывал на теплый прием, но со стороны Елены наткнулся на равнодушие и холод.

А ведь раньше она души не чаяла в Лиз. Что же произошло с той Еленой, которую знала Элизабет?

Что произошло с той Еленой, которая была смыслом жизни для Падшего ангела?

Приходила я в себя медленно.

Сквозь густую пелену, я слышала голоса, но не понимала, кому они принадлежали. Хотелось открыть глаза, но они не подчинялись. Попыталась пошевелить пальцами на руке, вышло. Плоховато и вяло, но вышло. Предпринимаю еще одну попытку открыть глаза, и у меня получается. На меня смотрят такие заботливые и пронзительно синие глаза.

Мой демон всегда стремился к Раймонду. А я всегда желала Алестера.

— Привет. — шепчет он и нежно поглаживает меня по руке.

— Привет. — слабо улыбаюсь.

— Как ты себя чувствуешь? — он дотрагивается до моего лба. Решителен. Серьезен. Любим.

Прислушиваюсь к своим ощущениям, и понимаю, что дела не так плохи, как казалось. Плечо все так же горит, но к этой боли я привыкла. Нога тоже чувствует себя не плохо. Тело побаливает, но не критично.

— Жива. — Алестер слабо улыбается. — Как Елена?

— С ней все хорошо. Зайдет к тебе чуть позже. — в его глазах читается озадаченность и ложь.

Что он скрывает от меня?

Хочется спросить про Раймонда, но язык не поворачивается. Ведь когда мне нужен был Раймонд, он не пришел на помощь. Пришел Алестер.

Обида и злость на демона неприятным осадком остаются на душе. Стараясь не показывать своих чувств, я улыбаюсь.

— Сколько меня не было?

— Почти неделю. Скоро Кровавое полнолуние. — скоро. Очень скоро. А я так не кстати оказалась в таком положении.

— Нужно снять с меня проклятые браслеты. — я пытаюсь сесть, но Алестер останавливает меня.

Он перехватывает мои руки и нежно сжимает их. Сердце бьется об ребра, а дыхание сбивается. Я смотрю на губы ангела, и понимаю что больше всего на свете, хочу поцеловать их.

Мое поведение не остается незамеченным. Алестер наклоняется чуть ближе. Его дыхание обжигает. Он нежно проводит большим пальцем по моей нижней губе. Его синие глаза смотрят с такой нежностью и заботой. Я тону. Я тону в омуте его синих глаз.

Его губы так близко. Они манят. Я облизываю пересохшие губы и наклоняюсь к нему еще ближе.

— Тебе нужен отдых. — хрипло проговаривает он и отстраняется.

Разочарование захлестывает меня. Почему он отстранился?

— Шутишь?! Какой отдых? Конец света на носу. — перевожу все в шутку, и снова пытаюсь сесть.

В этот раз Алестер не препятствует.