3. Интересны экклезиологические воззрения священномуч. Ипполита, в частности, его символическое изображение корабля Церкви. Здесь, между прочим, проглядывают его прогреческие настроения, которые можно усмотреть в направлении движения корабля на восток, и в названии запада – кормой, что из уст римского епископа звучит довольно непривычно.

Священномуч. Ипполит учит, что «Церковь в мире, как корабль в море, обуревается волнами, но не погибает; ибо у нее опытный кормчий – Христос. По середине нее воздвигнуто знамение победы над смертью; потому что она носит на себе крест Господень. Есть у нее передняя часть – восток, корма – запад... кормила – два Завета, натянутые вокруг веревки – любовь Христова, связующая Церковь, а парус – баня возрождения, обновляющего верных; ветер для нее – Дух с неба, Которым запечатлеваются верующие в Бога...» (Цит. по «Конспекту по патрологии», ч. I, Джорданвилль, 1993 г., стр. стр. 27).

4. Эсхатологическое учение священномуч. Ипполита в определенной мере повлияло на дальнейшее развитие православной эсхатологии. В частности, некоторые положения священномуч. Ипполита развивал св. Андрей Кесарийский в своем толковании на Апокалипсис.

В сочинении «О Христе и антихристе» говорится о Христе как о Боге, о воплощении Слова; решаются вопросы: кто такой будет антихрист, в каком виде явится, как будет обольщать людей и как погибнет.

Вместе с тем, учение священномуч. Ипполита отличается чрезмерным желанием точно определить время конца мира. В этом священномуч. Ипполит идет по стопам своего учителя священномуч. Иринея Лионского .

Отдел третий. Церковная письменность в эпоху возникновения научного богословия [II – нач. IV ев.]

Глава первая. У истоков научного богословия: решение методологических трудностей

Для первохристиан достаточно было простого изложения евангельских истин и событий для надлежащего ознакомления с вероучением. Позднее, когда началась борьба Церкви против иудеев, образованных язычников и еретиков-гностиков, оказалась необходимой научная разработка вероучения. Кроме того, перешедшие в Христианство ученые язычники испытывали потребность мыслить об истине, хотя бы и богооткровенной, в рассудочных и научных категориях.

Борьба молодой христианской мысли с многовековой языческой философией заставляла противопоставлять философским системам не отдельные разрозненные возражения, а целостное христианское учение, излагая его научным способом.

Под влиянием указанных причин, появился научный способ исследования вероучения. Начало ему положили уже писатели-апологеты, например, св. мученик Иустин Философ, священномуч. Ириней и другие. Впоследствии возникла целая плеяда богословов-философов, двигающаяся в русле научного богословия.

Однако при самом появлении научного богословствования у христианских писателей возникли некоторые методологические трудности. Нужно было принципиально решить вопрос об отношении разума к вере, науки к религии, философии к Христианству.

Одни из отцов и учителей Церкви, считая, что причиной гностических лжеучений было излишнее увлечение философско-рациональными построениями, старались раскрывать церковное учение на твердых началах Св. Писания, чуждаясь философских умозрений в области веры. Другие, наоборот, считали необходимым раскрывать истины веры с помощью логических приемов и облекать их в систему, противопоставляя ложному еретическому гнозису – истинный гнозис Христианской Церкви.

К III веку образовалось несколько богословских направлений. Обратим сейчас внимание на два из них: латино-карфагенское и эллинско-александрийское. Первое отрицало право разума на участие в деле веры, а второе признавало разум и рационально обоснованные богословские системы.

Некоторые из учителей, прилагая философию к объяснению веры, при всех талантах и даже при всей искренности своих благочестивых стремлений, не удержались в пределах законного употребления разума и не избежали ошибок. К таковым относятся, например, представители эллинско-александрийского направления: Климент Александрийский и Ориген. Но не избежал ошибок и главный представитель противоположного карфагенского направления – Тертуллиан.

Тем не менее, церковно-литературная деятельность Климента Александрийского, Оригена, Тертуллиана и других первопроходцев научного богословия была очень значимой. Они выступили в качестве авангарда армии христианских богословов. И хотя первопроходцы научно-богословской мысли понесли внушительные потери, но этой ценой завоевали в древнем культурном мире плацдарм для православного научного богословия. Их последователи, сделав нужные выводы из опыта первопроходцев, разрешили методологические трудности, и живительный поток богословской мысли напитал древо Христианской Церкви.

Глава вторая. Основные богословские направления и школы