Читаем Путь Смолы полностью

– Ну вот, чё ссышь-то. Всяких турков мочить ни чё так было, а тут какую-то шалаву. Да я её сам если чё… А так найдут трупак, если ещё найдут, вон как Колян копать здорово умеет, и что с этого трупака возьмёшь, они ж молчаливые, трупаки эти.

– Ну да, здравый смысл в этом есть.

– Так и я про то же. Только вначале трахнем её, хоть какую-то пользу и компенсацию поимеем.

– А ладно, хрен с ним, – последний довод про компенсацию окончательно убедил Шпалу.

Как вы думаете, что чувствует человек, когда при нем в открытую обсуждают его ближайшие перспективы и приходят к общему мнению, что в мертвом виде он будет лучше смотреться. Полагаю, что ему не очень приятно, я бы даже сказал ужасно. Но проблема в том, что от человека, особенно если он пристегнут наручниками, в столь судьбоносный момент мало что зависит. Ему, конечно, охота оказаться как можно дальше от этого места, охота, чтоб мучители сгинули в тар-тарары, ему даже охота, чтоб сию же минуту произошла мировая революция или в срочном порядке наступил конец света – может сии катаклизмы помешают бандитам осуществить задуманное – но в силу давно уже вступил закон непреодолимости обстоятельств, и человек уже мысленно подыскивает тепленькое местечко на том свете и желает, чтоб переход произошел как можно безболезненнее. Правда, в нем до самого конца все же теплится надежда, что убийцы передумают, но это вряд ли, разве что в ситуацию вмешаются постороннии силы или случай. Человек либо молча понуро сидит, стараясь не думать о ближайшем будущем, либо голосит что есть мочи, с целью привлечь внимание случайных прохожих, либо молит о пощаде, не думая вообще ни о чем, кроме спасения своей, ставшей никчемной как только он встал на колени, жизни. Через пару минут или полчаса все кончится, все твои надежды, мечты, все уйдет в никуда, но "Спартак" по-прежнему будет играть в футбол, люди будут справлять Новый год, а пингвины падать на спину, когда над ними пролетает самолет, все останется, как было, только тебя в этом было уже не будет. И это портит настроение, туманит мозги, подобная нелогичная метаморфоза сводит с ума. И человеку хочется жить, очень хочется, пусть бесцельно, пусть пусто, но только жить.

Лизе казалось, что это всё присходит не с ней, что это сон, ну может страшное кино, а она лишь зритель в кинозале. Её убьют. Вот так просто, между делом возьмут и убьют. Эта разваливающаяся избушка, эта кровать и эти злобные рожи будут поледним, что она увидит в этой жизни. Нет, она не желает, нет, так нельзя, она хочет жить. За что?!!!!! Она молодая, красивая, богатая, ее впереди ждет наполненная чудесами и прекрасным жизнь, она не может вот так просто умереть, Так не бывает…

О том, что её предварительно хотели изнасиловать, девушка и не думала. Даже наоборот, где-то подсознательно желала этой отсрочки. Она выигрывала минимум полчаса, полчаса жизни – надежда умирает последней, вдруг произойдет чудо. Возможно, поэтому она даже не сопротивлялась, когда бандиты приступили к делу…

Була стал стягивать джинсы с девушки. Но тут вдруг Шпала остановил товарища.

– Слышь, чё думаю, давай водку в неё вольем, чтоб не верещала, да и на тот свет отходить легче будет, – сказал он.

– Думаешь, ну в принципе да, чтоб не брыкалась, – согласился Була. – Да и самим стоит остограмиться.

– Открой ей рот, – Шпала кивнул в сторону девушки головой. – Не будет открывать, вреж по роже.

Но силового варианта не потребовалось, Лиза пребывала в полной прострации и совсем не сопротивлялась. Шпала засунул горлышко бытылки ей в рот и стал вливать водку. Девушка начала захлебываться и закашлилась, при этом жгучего вкуса водки она совсем не ощущала.

– Ладно, хватит, – сказал Була, – я бревно трахать не хочу, пусть хоть немного шевелится. Налей лучше мне.

– Так все, нет больше, – Шпала перевернул бутылку горлышком вниз и демонстративно потряс, бутылка была пустой.

– Ну так другую тащи.

– Так совсем нет, выпили все.

– Ну, блин, – недовольно буркнул Була. – Стремно, чё делать будем…

– Ну может магазин ночной есть, – предположил Шпала.– А уж самогоном так точняк здесь барыжат.

– И кто пойдет? – Була посмотрел похотливо на девушку. – Я лично пас.

– Чё хочешь сказать, я пойду. Ничего не попутал, – возмутился Шпала.

– Слышь, давай убогого пошлем, водки-то думаю ума хватит купить, – выдвинул предложение Була. – Объясним на пальцах, что к чему, авось купит. Так бы Тимофеевича заслать, но он сейчас точно не ходок.

– Ну да, – согласился Шпала. – Слышь, Колян, иди сюда.