Читаем Путь смертных полностью

Услышав, что Уолди – химик, Симпсон вскоре свернул разговор на дело своей жизни, рассказав, какая работа уже была проделана над эфиром, и объяснив, что он теперь ищет улучшенную альтернативу.

– Скажите, вы в своих исследованиях никогда не сталкивались с чем-то могущим обладать похожими свойствами?

Профессор был неутомим в поисках своего Святого Грааля, но Рейвен опасался, что его старания окажутся столь же бесплодными, что и у всех рыцарей до него. Он уже начал думать, что эфир – это лучшее, что только может быть, а вовсе не первый в ряду все более совершенных анестетиков: мираж, обещающий воду в пустыне.

– Есть одно вещество, перхлорид формила.

– Незнакомое название. Что это?

– Один из компонентов сиропа на основе хлорного эфира. Очень популярное в Ливерпуле средство для лечения астмы и хронического кашля. Пары этого самого сиропа несколько раз были испробованы в качестве анестезирующего средства, но безуспешно. И все же мне кажется, что у него есть потенциал.

Симпсон весь обратился в слух, и Глен, чувствуя, что хозяин заинтересовался, воззрился на Уолди так, будто тот собирался кинуть ему кусок мяса.

– Почему же?

– Отсутствие успеха с сиропом меня не удивляет, потому что количество перхлорида в нем очень невелико – пациенты с тем же успехом могли бы вдыхать пары алкоголя. Я изобрел метод, который позволяет получить вещество в чистой форме, которое затем растворяется в ректифицированном спирте. Мне кажется, очищенная форма может представлять для вас интерес. Буду счастлив выслать образец по возвращении в Ливерпуль.

Будет что понюхать после ужина, подумал Рейвен.

– Судьбоносная встреча? – спросил он, когда они зашагали дальше.

– Ох, кто знает… – ответил Симпон, но энтузиазма в его голосе было гораздо меньше, чем во время разговора. – Я должен исследовать любые возможности. Однако, насколько я помню Уолди, он с равным успехом способен как взорвать собственную лабораторию, так и найти что-то по-настоящему новое.

Не успели они добраться даже до Вест-Реджистер-стрит, как Симпсон встретил еще одного знакомого, профессора Элисона. На этот раз Рейвен был вынужден принести свои извинения.

– Мне придется покинуть вас, сэр. Профессор Сайм неодобрительно относится к опозданиям.

Как и практически ко всему прочему, добавил про себя Уилл, спеша по направлению к Северному мосту.

***

Надеясь успеть вовремя, Рейвен пустился бежать, хотя и понимал, что так он будет привлекать больше внимания. Но давний ужас перед Саймом был таков, что перевешивал даже опасения попасться на глаза пособникам Флинта.

Ему немедленно вспомнился последний раз, когда он их видел. На самом деле Уилл постоянно возвращался мыслями к этой минуте, и не только потому, что ему в тот раз удалось избежать суровой опасности. Миг, когда между ним и Сарой пробежала искра, теперь вновь и вновь возвращался к нему, изводя видениями упущенных возможностей. Инстинкты кричали о том, что общение с Хорьком и Гаргантюа сулит ему гораздо меньше неприятностей. И все же его неотвязно преследовало это воспоминание, и он гадал, происходит ли то же самое с Сарой.

Пересекая университетский двор, Уилл вдруг уловил знакомый запах апельсинов – нет, бергамота, как его наверняка поправил бы Битти, – а мгновение спустя появился и он сам собственной персоной, зашагав рядом. С востока задувал холодный ветер, и потертая куртка Рейвена не слишком защищала от его порывов. Спутник, напротив, был облачен в теплое пальто в пол, из-за которого казалось, будто он парит над мостовой. Кроме того, Битти казался выше ростом, тогда как Уилл словно сжался в присутствии этой величественной фигуры.

Несмотря на то что Джон успел уже несколько раз побывать на Куин-стрит после смерти Грейсби, они ни разу не оставались наедине, и потому у Рейвена не было возможности обсудить с ним это происшествие – да и все остальное тоже, если уж на то пошло. Его печалило то, что они так отдалились. Казалось, ему удалось завязать весьма ценную дружбу, но Уилл знал, что треклятый случай всегда будет стоять между ними. Если только это не было еще одним уроком, который ему предстояло усвоить: подобные трагедии – это часть их профессии. Потому он решил не колеблясь коснуться этой темы.

– Я все хотел спросить вас – было ли какое-то расследование касательно того, что случилось на Даньюб-стрит?

Битти, огорченно нахмурившись, ответил:

– Она умерла на руках врача, так что мне удалось уладить формальности. Однако же запах эфира еще долго держался в комнате, и прислуга начала любопытствовать. Конечно, они слишком невежественны, чтобы задаться правильными вопросами, но меня беспокоит то, что они могли об этому кому-нибудь рассказать.

– Уверен, я не превысил дозировки. Должно быть, это была непредвиденная реакция организма.

– Вероятно. Но не вызывает сомнений то, что пациентка умерла в результате вашей анестезии, хотя почему именно, нам никогда не узнать. Поэтому-то я и сделал все для того, чтобы вас ни в чем не могли обвинить.

– И я перед вами в долгу, Джон. Если я могу вам как-то отплатить, только скажите.

Битти кивнул и с улыбкой ответил: