Между тем, её глаза нашли одно из писем от отца в груде прочитанных, который был «вынужден» оставаться при императорском дворе.
– День рождения Минори, а ты снова не приехал… Как и всегда только пируешь там с важным видом и ничего более. А то что твоя дочь так до сих пор не вернулась это пустяк? Как будто меня одну это беспокоит. Мы для тебя просто фигуры на политической доске, а не дочери. Одной больше, одной меньше! – с шёпота она перешла на крик. – Нет уж, хватит с меня, отец. Мне надоело пытаться тебе угодить. Ты всегда оставался недоволен, что бы мы не делали! Тебе всегда было недостаточно.
Рейна поднялась. Слишком уж долго он «занимался поиском Минори», иногда отправляя людей прямиком к странному явлению. В то же время возложив все обязанности семьи на Рейну, когда сам всё время находился при дворе.
Со злостью, она смела со стола все бумаги и выскочила из кабинета, направившись в свою комнату:
– Давно уже надо было заняться этим самой!
Рейна хотела выбрать наименее примечательную одежду для чужих взглядов, без узнаваемых символов, но такой не нашла. Все было расшито семейным гербом семьи Тацуми – мотивом, соединяющим листья бамбука серебряного цвета и чёрного дракона над ним. С раздражением закрыв шкаф, она развернулась и взглядом наткнулась на сумку от ронина.
Пошарив в ней, Рейна нашла непривычную одежду и стала примерять на себя.
К удивлению, все пришлось по вкусу: чёрный плащ с капюшоном и расшитый золотом, состоящий из двух частей: верхняя укрывала только плечи, нижняя крепилась на поясе и спускалась аж до лодыжек позади, но спереди частично прикрывала ножны от любопытных глаз. Ничто не помешало бы вовремя вытащить клинки из них и встретить любого врага с полной готовностью. В этой одежде ей было неуютно и непривычно, но, по крайней мере, это смогло бы помочь остаться неузнаваемой. Внутри заплечной сумки была ещё какая-то одежда, но Рейна решила не перебирать её, и достала кайкэн. Рейна помнила, что обычно такие ножи дарят невесте на свадьбе, чтобы она могла защититься или перерезать себе горло в ритуальном самоубийстве – чтобы не обесчестить себя или же свой род. Но в этот раз всё было иначе – кинжал предназначался только для самозащиты.
Особо не разглядывая, она решила заткнуть его за неширокий пояс и прикрыть плащом.
А уже в оружейной, смотря на отражение ярко гранатовых глаз в лезвии длинной, узкой тати, Рейна произнесла:
– Я должна всё узнать сама. Я обязана вернуть её домой. – Она спрятала клинок в ножны на поясе, где уже был вакидзаси и продолжила, коснувшись опустевшей подставки для длинного лука сестры. – Я тебя там не брошу, как отец…
Рейна ещё раз достала подаренный кинжал Такеши. Сейчас необычная рукоять притянула внимание и только теперь стало понятно, что та сделана в виде дракона. Раскрытая пасть клыки, глаза хищника, сложенные крылья – сейчас Рейна, не отрываясь, смотрела в рубиновые глаза металлического создания, которые будто звали её. По телу пробежала дрожь, но пальцы сами сомкнулись вокруг рукояти, и дышать вдруг стало невозможно. А как только из ножен показалось лезвие, то перед глазами начало темнеть. Ладонь обожгло, воздух вышибло из груди. Рейна охнула, но сжала пальцы крепче. Жар от кайкэна будто бы расплавлял кожу, пробирался под неё, неведомая сила будто вливалась прямо в кровь и на бешеной скорости неслась по телу.
Она чуть развернула клинок. По лезвию будто бы пробежала странная вспышка. То ли свет так падал, то ли мастер так сделал, но казалось, что лезвие «плывет», изгибается, будто живое, да так, что было невозможно отвести взгляд. Рейна, как завороженная, смотрела на кайкэн, позабыв, как дышать.
Она слышала истории, что есть вещи из тех, что ждут своего хозяина или хозяйку, но не верила. До сих пор.
Вздохнув, она снова сунула его за пояс, мысленно благодаря своего наставника за подарок, и вскоре новые ощущения спали на нет.
Полностью собравшись, и наложив иллюзию невидимости, которой научилась у кицунэ, Рейна отправилась туда, куда ушла Минори в их последнюю встречу – к самому эпицентру бури. Она твёрдо решила разобраться во всём самой и найти свою сестру.
Рейна чувствовала, что падает. Время перестало иметь какое-либо значение. Она даже не чувствовала своего веса. Ни тряски, ни холода, ни жары, ни света. Вокруг была темнота.
Перед глазами мелькнул лучик света и исчез. Рейна повернула голову, но не увидела ничего. Страх заполнил всё тело от кончиков пальцев до самой макушки.
Рейна посмотрела наверх. Или это был низ… Перед глазами снова что-то блеснуло, задержалось ненадолго и исчезло. Она вздохнула, но даже этого не услышала и посмотрела туда, где должен быть низ. Там виднелись кости. Будто человеческие. Ей стало страшно.