Утро было хмурым. Точнее, утро-то было солнечным – это я был хмурым. Бессонная ночь и напоминающая о себе при каждом движении спина отнюдь не улучшают настроения. К тому же без брони я чувствовал себя голым. Раздражало все. Глуповато-счастливое лицо Мэта, который не ночевал сегодня в нашей комнате, улыбка Эла, которому Софья сняла похмелье. Сама Софья с ее сочувствующими взглядами. Скорость перегруженной кареты. Хотелось на ком-нибудь сорвать злость. Именно поэтому, когда дорогу нам перегородила группа рыцарей, я молчал, предоставив вести разговор лучнику.

– Я властитель этих земель Хальред Роджимеч, – представился самый нарядный из них. – По какому праву вы браконьерствуете на моей земле?

Нормальный поворот! Это мы, значит, не выполняем обязанности самого риттера, а браконьерствуем. Возражения лучника, понятное дело, в расчет не принимаются. Кто мы для него? Шестеро возомнивших о себе простолюдинов. Грязь под ногами. А тут и от дракона избавился, да еще и шанс есть попросту грабануть все трофеи. Вот ведь тварь! И искренне думает, что сила на его стороне. Хотя убивать их действительно нельзя. Пока Элеандор взывает к совести, разуму и другим отсутствующим чертам характера рыцаря, я думаю, что нам делать. Проще всего перебить всех, но Эл против. И в общем-то прав. Неприятности в Гальдоре нам ни к чему, пусть мы и не собираемся сюда возвращаться. Я так точно не собираюсь. Значит, избавиться не убивая. Хм, как там у нас читаются «слова страха»?

Лошади начали беспокоиться первыми. Они и так нервничали от моего присутствия, а я еще и усилил заклинание, понимая, что долго бубнить под нос мне никто не даст. Больше всего я, честно говоря, волновался за наших лошадей и Тин. Бог знает, что ей стукнет в голову с перепугу? Но Тин в карете, а значит, время есть. Модуляции голоса, эмпатия, магия разума плели сеть всепоглощающего страха. И бились лошади, и каменели риттеры, хватаясь за оружие. Один даже успел вытащить меч, но тут напряжение достигло предела. Хлопок в ладоши прозвучал как удар грома.

– Гхм, и что это было? – Мэт рассматривал кучки навоза, усеивающие опустевшую дорогу. Голос его уже почти не дрожал.

– «Слова страха», – пояснил я, подбирая оброненный риттером меч.

– А по-моему, там было про смерть, – заметил Эл.

– Вообще-то про выбор, – поправил я. – Но текст не важен. Там можно хоть детскую считалочку петь. Главное – как петь.

– Что-то мне подсказывает, что детские считалочки у тебя еще более жуткие, – криво ухмыльнулся Элеандор.

– Мне вот интересно, как наши-то лошади не понесли, – подал голос обычно молчащий Клаус.

– Так я их сдерживал. Магией. Все, в путь! – Настроение несколько улучшилось. Даже спина, кажется, стала меньше болеть.

Глава 16

Я как раз заканчивал шлифовать вырезанную из кости виверна заколку-невидимку, когда в нашу комнату в одной из гостиниц Кермонта заглянула Тин:

– Чего это ты, то есть вы, делаешь?

– Подарок для дочери.

– Зачем? – Тиана повертела в руках вторую, еще не шлифованную заколку с украшением в виде цветка.

– Чтобы сделать ей приятно. Девчонки любят всякие украшения. – Я улыбнулся.

– Подарок, чтобы сделать приятно? – Тиана глубоко задумалась, видимо пытаясь понять, зачем кому-то доставлять радость. – Я тоже хочу!

– На подарок не напрашиваются. Он должен идти от чистого сердца.

– Понятно, – погрустнела девушка.

– Ты чего вообще зашла-то?

– А, так там наши вернулись! Спускайся.

Еще по дороге мы решили продать в Кермонте кость виверна, чтобы освободить карету от лишнего груза. Шкуру Софья вытребовала себе и Тин на сапоги, ремни и что еще останется. Реагенты мы решили пока не продавать, как и череп. Собственно, торговыми операциями ребята полдня сегодня и занимались.

Шкуру нашего с Элом йоттуна мы тоже поделили. Я просто вырезал себе прямоугольное одеяло – уж очень мех снежного великана теплый и приятный на ощупь, а Элеандор решил себе потом заказать что-нибудь из одежды. Тиана так еще и не надумала, что будет делать со своим трофеем.

– А охота на монстров, оказывается, прибыльное занятие! – потер руки Элли, ласково глядя на кучку монет, доставшихся ему после дележки. По общему соглашению деньги за кость мы делили только среди парней, а вот полученные от крестьян – на всех. – Заняться, что ли, этим профессионально?

– О, интересная идея! – тут же поддержал его Мэт. – У нас неплохо получается. Можно организовать свою команду героев.

– Угу, клирик, воин, лучник и маг, – хмыкнул я.

– Это ты к чему? – переспросил Эл.

– Стандартная партия героев-приключенцев.

– Мэтр, ваше отношение к героям мы уже знаем, – отмахнулась Софья. – А я бы не против! Всю жизнь мечтала быть похожей на Серебряную Звезду.

Я скривился. Вот уж на кого я желал бы Софье быть похожей меньше всего.

– Дарри, подожди, – остановил меня Эл еще до того, как я успел высказаться. – Ты будешь говорить последним. Извини, но у тебя потрясающий талант видеть во всем отрицательные стороны. Дай нам сначала помечтать.

Улыбка смягчила это неоднозначное высказывание.

– А? – встрепенулась Тин. – Убить еще кого-нибудь интересного? Я согласна, да!