Читаем Путь с сердцем полностью

Я прибыл в Нью-Йорк в тот же день после полудня и пошёл пешком по Пятой Авеню, чтобы встретиться с невесткой. Я всё ещё был очень спокоен после стольких лет практики – и шагал, как бы медитируя, обращая на магазины, подобные тем, где продаются изделия из шёлкового газа, и на толпы прохожих, не больше внимания, чем на ветер и деревья своего лесного монастыря. Мы должны были встретиться с невесткой перед центром Элизабет Арден. Невестке было дано свидетельство о рождении с правом на обслуживание, производившееся в этом учреждении в течение полного дня; обслуживание включало массаж лица, причёску, маникюр и прочее. К четырём часам, как было обещано, я прибыл в центр Элизабет Арден; но невестка не появлялась. Подождав некоторое время, я вошёл. «Разрешите вам помочь», – воскликнула шокированная регистраторша, когда я вошёл. «Да, я ищу Тори Корнфилд». «О, – отвечала сотрудница, – она ещё не закончила». Она сказала мне, что на четвёртом этаже есть комната для ожидания, и я поднялся туда на лифте. Выйдя из камеры, я встретился с другой сотрудницей; она также спросила меня с оттенком недоверия: «Могу ли я вам помочь?» Я сказал ей, что жду невестку, она велела подождать.

Я уселся на удобном диване и, подождав несколько минут, решил скрестить ноги, закрыть глаза и медитировать. В конце концов, я был монахом, и что ещё мне оставалось делать? Минут через десять мне послышались смех и шум. Я продолжал медитировать но в конце концов услышал голоса и громкое восклицание из холла по другую сторону комнаты: «Это он всерьёз?» Восклицание заставило меня открыть глаза, и я увидел восемь или десять глазевших на меня женщин, одетых в «ночные рубашки» Элизабет Арден (халаты, которые там дают на день). У многих волосы оказались уложены волнами или были укреплены с помощью множества хитроумных приспособлений в форме рыболовных бредней. Казалось, что щёки некоторых из них вымазаны чем-то вроде мякоти зелёного авокадо; другие были покрыты грязью. Я в свою очередь уставился на них, не будучи в состоянии понять, в каком мире родился, – и услышал собственные слова: «Это они всерьёз?»

С этого момента мне стало ясно, что нужно как-то найти способ примирить чудесные древние учения, полученные мною в буддийском монастыре, с путями современного нам мира. В течение нескольких лет это примирение стало одним из самых интересных и неотложных предприятий для меня и для многих других людей, стремящихся жить подлинно духовной жизнью в преддверии двадцать первого столетия. В большинстве своём американцы не хотят жить в традиционном стиле священнослужителей, монахов или монахинь; однако многие из нас желают внести в свою жизнь подлинную духовную практику в собственном мире. В этой книге мы поговорим о такой возможности.

Моя духовная жизнь началась внезапно, когда мне было четырнадцать лет, и я получил в подарок книгу Т. Лобсанга Рампы «Третий глаз» – полуфантастическое описание мистических приключений в Тибете. Книга оказалась волнующей и наводила на размышления; она предлагала моему вниманию особый мир, и попасть туда казалось гораздо лучше, чем оставаться в том мире, обитателем которого я был. Я вырос на Восточном побережье в семье занятых наукой интеллектуалов. Отец, биофизик, разрабатывал искусственное сердце и искусственные лёгкие, работал в области космической медицины для программы исследований космического пространства и преподавал в медицинских школах. Я получил «хорошее образование» и поступил в один из старейших колледжей Новой Англии. Меня окружали многие блестящие и творческие личности. Однако несмотря на успехи и интеллектуальные достижения многие из них были несчастны. Мне стало ясно, что интеллигентность и положение в жизни имеют мало общего со счастьем или здоровыми человеческими взаимоотношениями. В моей собственной семье это обнаруживалось с чрезвычайно болезненной очевидностью. Даже в состоянии одиночества и смятения я знал, что мне придётся искать счастья где-то в другом месте. И вот я обратил взоры на Восток.