Йоримаса и его сыновья возглавляли отряд. Мочихито и Муненобу ехали в середине, на самых спокойных лошадях: принц был неопытным наездником и боялся больших военных коней. Йоши и Мейшу были передовыми разведчиками, они разъезжали близ отряда, выясняя, нет ли опасности. Все всадники, кроме Мочихито, были одеты в темные мягкие плащи поверх брони, чтобы молодой месяц не отражался от нее и чтобы заглушить звяканье металла. Мочихито настоял на белом шелковом платье для себя, как знаке его божественности. Йоримаса посоветовался с Йоши, стоит ли убеждать принца, что лучше ему закрыться темным, как все. Они решили, что кажущаяся храбрость принца, хоть причиной ее было тщеславие, будет поддерживать моральное состояние отряда, и потому лучше рискнуть тем, что его узнают. Всадники в темных плащах будут находиться вокруг принца, чтобы белая одежда не выдавала его вражеским глазам.

Отряд ехал по скалистому берегу озера Бива к городу Отсу. Они объехали город, тихо пересекли дорогу Токайдо и исчезли в ночной темноте горных лесов.

Когда принц вторично упал с лошади, Йоримаса понял, что ехать дальше по горной дороге невозможно. Он посоветовался с Йоши и Мейшу. Мейшу предложил ехать вдоль берега реки Уджи. Это была глубокая и бурная река, со множеством притоков с юга и востока. Оставаясь на северо-восточном берегу, принц и его сопровождение будут ехать по относительно удобной дороге.

Хотя этот путь был не такой прямой, он приведет их к городу Уджи, почти на полпути до Нары. Оттуда оставалось всего пятнадцать миль, и можно было проехать спокойно по ровным полям, простиравшимся от дороги к горам. Они смогут проехать быстро, не подвергаясь опасности, и притом двигаться в стороне от проезжей дороги.

– Поедем так, – решил Йоримаса. – Чикара со своим войском сейчас уже близко от Миидеры. Нам надо доехать до гарнизона в Наре раньше, чем они нам отрежут дорогу.

Подгоняя своих коней, насколько было возможно при неверном свете месяца, они наконец добрались до Уджи. Принц падал еще несколько раз, и Йоримаса боялся, что он может серьезно расшибиться. Поэтому, несмотря на то, что их могли догнать враги, Йоримаса решил, что отряд остановится для отдыха в Бюодо-ин по ту сторону реки Уджи.

Бюодо-ин была резиденцией, построенной столетием ранее для одного из императоров-отшельников Фудживара. В течение многих лет монахи Миидеры использовали ее как часовню. Ее богато украшенные крыши изящно поднимались над берегом реки Уджи. Участок окружали высокие прямые березы, белые стволы которых в лунном свете были подобны стражам. Перед часовней цветущие вишни роняли в реку свои белые лепестки, уплывавшие по течению, как погибшие души.

Из предосторожности, на случай внезапного нападения преследователей, Йоримаса велел монахам разобрать мост, оставив только подход и балки. Река внизу была так широка, а течение было таким сильным, что только безумец стал бы пытаться перейти ее.

В то время, как они работали, месяц спрятался и хлынул ливень, загрохотал гром и сверкнула молния. Сильный дождь поднял уровень и без того полноводной реки Уджи.

Глава 49

Князь Чикара был великолепен в полном боевом снаряжении. Его смуглое хищное лицо свирепо смотрело из-под рогатого шлема. Его белая пластинчатая броня была подбита кожей каштанового цвета; сверху – белый плащ из крепкой ткани с изображением двух драконов, борющихся в облаках. У талии были пристегнуты два меча, а к седлу каштанового цвета с золотом прикреплен лакированный лук.

Чикара твердой рукой удерживал свою лошадь, подавая войску знак поспешить. Его рот был сжат в тонкую жесткую линию. Челюсти были стиснуты от усилия скрыть нетерпение, в то время как громоздкие ряды воинов медленно меняли направление. Разведчики сообщили ему, что принц находится в Миидере, и он повел свою двадцативосьмитысячную армию в быстрый, тяжелый ночной поход только для того, чтобы узнать, что их жертва улизнула.

Он бы охотно сжег Миидеру дотла, но Кийомори предупредил его, чтобы он действовал осторожно, имея дело с монахами. Теперь предстояло состязание в скорости. Если Мочихито и его сопровождение прибудут в Нару первыми, все будет потеряно.

– Скорее, командиры, сдвиньте вы их с места! – Потребовалось огромное усилие воли, чтобы не дергалась щека.

– Да, Чикара-сан, – командиры ездили взад и вперед вдоль войска, громко приказывая своим частям быстрее перестроиться. Из-за шума, исходившего от двадцати восьми тысяч людей и пятнадцати тысяч лошадей, тесно сгрудившихся на темной узкой дороге, трудно было услышать распоряжения.

Войско было собрано наспех; оно состояло из трех тысяч пехотинцев, пятнадцати тысяч конных самураев, многие из которых были недовольны тем, что их вызвали из теплых жилищ и заставили отправиться в путь без перспективы получить награду, и около десяти тысяч конюхов и других слуг; все они следовали за лошадьми своих господ и увеличивали беспорядок тем, что по приказу своих хозяев бегали среди лошадей и пытались выяснить, почему одни части поворачивали, а другие стояли на месте.