Читаем Путь Киартаны полностью

Ей удалось отползти от тропы, собрать немного хвороста и разжечь костёр. Вокруг заплясали тени причудливой формы. Круг света озарил поляну, и Киартана увидела прислонённую к сосне старую, кривую и массивную дубовую ветвь, что могла сойти в качестве костыля.

Она подползла, взяла сухую палку в руки и поднялась на ноги, опёршись о неё. Древесина, несмотря на старость, выдержала, и Киартана немного прошлась, привыкая к хромоте.

Холодало, пришлось подбросить больше сухих ветвей. Резче запахло смолой и листвой. Вдалеке послышался волчий вой, и Киартана вздрогнула от страха. Она прислушалась: костёр трещал, ветер хотел сломить массивные деревья, но вой не повторился.

Сильнее клонило ко сну, она завалилась у костра, глядя в пламя. Редко отдалённые шорохи её пугали, но Киартана уже не хотела обращать на них внимания.

Ей снилась мама, тот солнечный летний день, когда они остановились в поле, и Киартана радовалась природе. Потом она обернулась, а мамы позади не было, всё вдруг переменилось – небо залила серость, пошел дождь. Она оглянулась по сторонам, а всюду уже чернел лес, и снова до неё донеслись пугающие шорохи и шёпот деревьев. Паника захватила её, всё было слишком реально – Киартана не знала, что спит. Она побежала сквозь чащу, а деревья всё ближе сходились перед ней, кусты хлестали по рукам своими колючими ветвями. Она из последних сил вырвалась на поляну, залитую светом, но то была не луна – молнии били в верхушки деревьев, озаряя округу, гром всё не стихал. Она увидела впереди Вечный дуб, втрое больше других. В него ударила молния.

От вспышки Киартана проснулась, и удивилась тишине. Ветер улёгся, костёр догорел, и темнота вновь обступила.

Утром её разбудил щебет птиц. Солнце только осветило верхушки деревьев. Костёр давно прогорел, оставив лишь кучку тёплого пепла. Всюду царило спокойствие. Голень болела от каждого движения и серьёзно опухла. Киартана с трудом поднялась, опёршись о палку, и отряхнула платье от пыли. Она надела его всего дважды, и оно уже было окончательно испорчено.

Солнце медленно заливало светом смешанный лес. Сосны перемежались с берёзами в их вечном противостоянии, клёнами и дубами. Лёгкий ветерок трепал ветви. Птицы провожали её трелями, солнце уже грело плечи, а деревья игрались с ней солнечными зайчиками. Спокойствие и тишина помогли забыть об опухшей ноге, и дубовая ветвь прекрасно справлялась с ролью костыля.

Спокойная река Озёрка спускалась с горных озёр трезубца, через чащобу Нуреона, на юг, ветвилась сотней отростков, и один из них приближался к Онари с севера, подходил совсем близко, но, не достигая деревни, огибал с востока широкой дугой. Она остановилась на опушке у воды, а чуть дальше заметила мост из поваленного дерева с протянутыми от его корней к ветвям канатами. По тропе люди давно не ходили, мост обветшал, но её выдержал.

Она осторожно прошла вдоль реки в поисках спуска к воде. Ей хотелось умыться и напиться, чтобы без тягот продолжить путь в чащу леса, но далеко не сразу она вспомнила, что может колдовать. Киартана подняла водяной шар из реки, испила с ладошки и смыла всю грязь с лица. Волосы спутались и испачкались, их она связала в тугой пучок.

К полудню солнце хорошо прогрело лес. Киартана поднялась на небольшой холм и устроила привал. Вечный лес начинался у подножия холма и уходил далеко на север. Огромные дубы, сосны, клёны, ели, секвойи тянулись к небу, соревнуясь в высоте. Даже могучим ветром их лишь слегка колыхало.

Она хотела немного передохнуть, но как только присела, на неё навалился сильнейший голод. Она всего полдня не ела, но вдруг осознала, что голод и жажда могут стать проблемой. Река петляла меж деревьев, пряталась под их кронами, а на севере Киартана заметила широкий прогал на излучине.

Долго думать не пришлось, там она сможет напиться и, возможно, поймать что-нибудь на ужин. Спуск с холма дался легко – заброшенная, заросшая тропа вела к излучине. По пути она не нашла никаких грибов, не встретила ни единого животного, подходящего в пищу, и лишь сильнее раззадорила аппетит горсткой дикой малины.

Киартана бродила по теплому летнему лесу весь день, и к вечеру добралась до излучины реки. Солнце уже опускалось за горизонт на той стороне, оставляя в воде алый свет. Облака горели. На миг она захотела остаться здесь, в безмятежности, прожить целую жизнь в лесу, среди деревьев и диких зверей, но порыв ветра испугал её. Киартана вздрогнула, холодок пробудил мурашки на коже. Она вновь собрала простой костёр, и, на этот раз, соорудила под деревом шалаш из веток и хвороста.

Весь вечер она пыталась поймать хоть одну рыбёшку, но все в страхе уплыли подальше, и ей пришлось довольствоваться лишь студёной водой. У костра она задумалась о своём положении: Мерион дал три дня, первый она потеряла, гуляя по лесу, третий потребуется на возвращение и только один остался на поиски. Киартана не знала, какой посох ей выбрать, каким он должен быть, и где его найти. Дурные мысли вместе с голодом, мешали ей уснуть.