Читаем Путь к власти полностью

Скоро последовала анафема сторонников движения, за которой начались гонения и преследования. Но было слишком поздно. По всей Европе, вплоть до Франции, Германии, Италии, Испании, Венгрии, Чехии и даже Польши, в дыму от костров, на которых горели еретики со своими проповедями и убеждениями, пробивались ростки новой веры.

Но даже крестовый поход, организованный папой против отступников, не сломил мужество вальденской общины. А в 1251 году произошел зверский погром в Тулузе, где главный просветитель и наиболее влиятельные сторонники новой церкви были убиты, а их имущество уничтожено. После такого поражения многие пастыри решили сменить мученический венец на католический крест и стали миссионерами Рима.

Именно в то время и появился орден «Черных капюшонов», основатель которого итальянский дворянин Бартоломео Вельди решил бороться с Римом не только словом, но и делом, не останавливаясь перед убийством противников. Это была первая в мире террористическая организация, во главе которой стоял Великий Магистр. Ему подчинялся «собор», состоявший из двенадцати наиболее влиятельных членов ордена, по количеству общин – территориальных сфер влияния вальденсов.

Костяком каждой общины была избираемая коллегия лидеров («ректоров»), которым подчинялись «совершенные» – странствующие проповедники, оставившие семью и мир, жившие случайной работой или подаянием. В их окружении существовала значительная часть верующих («друзей»), не порвавших окончательно связи с католицизмом, но руководствовавшихся верой и указаниями лидеров. Это были «солдаты» и «агенты», умевшие и убивать и проповедовать.

«Черными капюшонами» их прозвали по цвету монашеского одеяния, а «Молчаливыми» – за стойкость и отвагу, которая изумляла даже видавших виды палачей, когда им в руки попадала такая жертва. Впрочем, у пойманных «капюшонов» был только один выбор – умереть: как герой от рук противника или как предатель. Выбор был очевиден, так как во втором случае смерть была куда страшней и мучительней, – «капюшоны» жестоко расправлялись с отступниками…

Итак, устранение наиболее влиятельных членов кардинальской курии, «чехарда» на папском престоле, монархоубийства – все это было делом рук «Молчаливых». И они никогда не останавливались на достигнутом. Призрак ордена держал в страхе Рим в течение многих столетий. Учение великого магистра ордена – Джона Виклифа[30] – дало жизнь гуситам[31] в Чехии, вдохновило Лютера[32] и Кальвина[33] на создание Реформаторской церкви…

Принцеса знала все это, и поэтому, видя перед собой одного из «Молчаливых», испытывала смешанное чувство страха и жалости. Глубоко вздохнув, она вернула перстень на палец хозяина и еще раз оглядела келью.

Должно быть что-то еще…

Генриетта подошла к камзолу раненого, висевшему на стуле, и ощупала его. Подкладка подозрительно оттопыривалась.

– Так и есть. Какие-то бумаги… письма!

Подумав мгновенье, принцесса засунула их за корсаж платья.

Раненый пошевелился и тихо застонал.

– Кажется, приходит в себя, – тихо сказала Элен.

И действительно, незнакомец открыл глаза.

– Где я? – слабо прошептал он, поморщившись от боли.

– В монастыре, – ответила Генриетта.

Незнакомец с трудом приподнялся и оглядел девушек.

– Вы не похожи на монахинь, – проговорил он.

– Вы лежите, не волнуйтесь, – Элен попыталась уложить его, но тот отстранил ее.

– Как я здесь оказался?

– Мы… – начала Элен, но Генриетта перебила ее.

– Вы были без сознания и истекали кровью, когда мы вас обнаружили. Оставить вас в таком состоянии мы не могли и перенесли сюда. А теперь, может быть, представитесь?

– Меня зовут Эрнандо де Молина, маркиз Валенса. Кому я обязан своим спасением?

– Я Генриетта Французская, а это баронесса Сен-Люс.

– Прошу прощения, Ваше Высочество. Позвольте мне поблагодарить вас. Если бы не вы…

– Не стоит благодарности, маркиз.

Де Молина оглянулся вокруг. Он заметил свой камзол, висевший на спинке стула, нащупал кольцо на пальце и заметно успокоился.

– Может, хотите отдохнуть?

– Да, Ваше Высочество, я чувствую некоторую слабость…

– Тогда мы вас оставим.

Девушки вышли. Подойдя к лестнице, Генриетта остановилась и на цыпочках вернулась к двери.

– Так я и знала, он ищет письма. Ничего, пускай поволнуется, а мы пока проведаем нашу добрую настоятельницу.

Луиза де Шемро, аббатиса монастыря, находилась в общей молельне, где ее и нашла Генриетта.

– А, Ваше Высочество, – язвительно поприветствовала ее настоятельница. – Говорят, вы сделались сестрой милосердия?

– Совершенно верно, матушка. Видимо, святость этой обители благотворно повлияла на меня. Ведь тот, кто оказывает помощь ближнему, удостоится благодати, не так ли?

– Аминь. Раненый уже пришел в себя?

– Да.

– Кто он и что с ним произошло?

– Это дворянин, знатного рода. На него и его спутников напали разбойники.

– Какой ужас! – встревожилась аббатиса. – Сестра Мария, вы не должны больше ездить на рынок одна, без сопровождающих. Для бандитов все равны – и дворяне и слуги Господа… Что-то еще, Ваше Высочество?

– Мне нужны ключи от сада, чтобы раненый мог дышать свежим воздухом.