Читаем Путь избранной полностью

— Понимаешь, — так же тихо ответила она, присаживаясь перед ребёнком на корточки. — Когда я принесла тебя в тот вечер к тебе в комнату, мне пришлось познакомиться с твоим папой. Мы поговорили и поняли, что некоторое время должны действовать сообща, чтобы обезопасить тебя. Чтобы ты смог нормально гулять, не опасаясь нападения. Но ты прав, я раскрыла себя и то, что вообще находилась в Цветнике. И мне до сих пор не нравится статус невесты твоего папы…

— Потому что ты любишь свободу и хочешь выбрать себе пару сама? — вспомнил Кили её слова.

— Да, по большей части так и есть, — кивнула девушка.

— Но ты же теперь больше не женщина Цветника и не невеста. Папа сказал, что ты его супруга, как была моя мама, — продолжил маленький наследник задавать вопросы, не замечая, как Рэйс начинает стремительно бледнеть. — И я… — он стушевался и отвёл взгляд. — Я бы очень хотел, чтобы ты была не только моим другом, но и моей новой мамой.

У Ранэис всё внутри превратилось в кислоту, разъедая её душу, уничтожая сердце. Она сама не заметила, что из глаз льются слёзы, пока маленькая ручка не вытерла их с её щёк.

— Ты плачешь, Рэйс… — грустно проговорил Кили. — Значит, ты не хочешь…

— Нет, Кили, ты не прав, — судорожно всхлипнув, проговорила она и крепко обняла мальчика. — Я больше всего на свете хотела бы стать твоей мамой. Я уже так сильно люблю тебя. Но раз ты вспомнил одни мои слова, то должен вспомнить и другие…

— Что ты…

— Да, солнышко. И мне очень этого не хочется, но, боюсь, у меня нет выбора, — девушка с трудом сдерживала рыдания, понимая, что только что позволила второй раз разбить себе сердце.

Она не понимала, как ещё может дышать. Боль была просто невыносимой. Она знала! Знала, что искренняя привязанность к мальчику обернётся для неё болью, но всё равно позволила ему прочно обосноваться в своём сердце. И вот теперь, отвечая на такие взрослые вопросы, она понимала, что будет с кровью выдирать из сердца не только отца, но и его маленького сына.

— Скажи, а тебе совсем-совсем не нравится мой папа?

— Пообещай, что не скажешь ему, тогда отвечу.

— Обещаю!

— Мне он очень нравится, тигрёнок. Более того, он спас мне жизнь, поэтому мы связаны теснее, чем простым обрядом супружества. Но проблема в том, что для твоего папы я всего лишь женщина — ещё одна из многих, — с горечью ответила она.

— Ты ошибаешься, Рэйс, — очень серьёзно и по-взрослому сказал Кили. — Мой отец никогда бы не соединил себя узами с той, которая ему безразлична. Просто поверь мне. Нормир сказал, что наш род вступает в союзы только по любви — это единственное, что мы можем сделать, руководствуясь своим сердцем, а не долгом.

— Ты ещё слишком маленький, чтобы понимать это, — с нежной улыбкой сказала она.

— Нет, это я понимаю очень хорошо. И я знаю, что прав, поэтому не грусти, — он вновь провёл маленькой ладошкой по её лицу. — На тебе огнецвет, Рэйс. И уже одно это говорит, что ты особенная. И я верю, что всё будет хорошо!

Малыш моргнул и только сейчас девушка заметила, что он как-то странно себя вёл. Но, если раньше она списывала такое поведение на раннее развитие, то теперь подумала, а не его ли таинственная сила сейчас брала над ним верх? И если это так, то чем может грозить в дальнейшем?

Из задумчивости её вывел робкий вопрос ребёнка, который вновь стал вести себя, как и подобает десятилетнему мальчику:

— А можно… можно, до этого ты побудешь моей мамой? У меня… я никогда… — он замолчал, сильнее прижавшись к Рэйс, и она просто не смогла сказать «нет».

Понимала, что это неправильно, нельзя привязываться к нему ещё больше, но глядя в эти невероятные глаза, смотрящие на неё с такой нежностью… Она полная дура! Но отказать было выше её сил.

— О, что же ты делаешь со мной, малыш! — простонала она, подхватывая его на руки. — Конечно я буду твоей мамой, но только если ты будешь моим сыном, договорились?

— Угу, — закивал он. — И я смогу звать тебя не Рэйс, а «мама»?

— Если ты этого хочешь, — вынуждена была ответить она, и в ответ получила одновременно согревшее её и причинившее боль:

— Очень хочу!

Так они и вошли в просторный круглый холл, где увидели замершего на пороге одной из комнат Владыку. Он со странным выражением лица посмотрел на них, отдельно уделив внимание красным носам и мокрым глазам, а также тому, что Рэйс держала мальчика на руках, но говорить ничего не стал. Лишь посторонился и приглашающе взмахнул рукой.

— А ты обидишься, если я скажу, что не хочу, чтобы папа тебя отпускал? — очень тихо, на самое ухо прошептал Кили.

— Нет. Я тоже не хочу, чтобы он меня отпускал, — так же тихо ответил она.

— Тогда хорошо, потому что я почему-то уверен, что он не отпустит.

— Это ничего не изменил, малыш. Я всё равно буду вынуждена уйти.

— Только помни, Рэйс, что ты — его пара, которую он избрал сердцем, — вновь странным серьёзным голосом проговорил ребёнок, вынуждая девушку задуматься — а, может, он прав?